— Как может плебей стать ментором, дон Диего? В Республике что-то изменилось?
— В Арагоне, мой дорогой, что-то изменилось. Меня не было в инкубаторе так долго совсем не оттого, что на станции отдыха я провалился в отпускное ничегонеделание. Пока ты отбывал заслуженное, заметь, наказание в карцере, в Совете Арагона теперь стало не двенадцать, а тринадцать правящих фамилий. По выдвинутому кланом Хименес предложению, единогласно поддержанному как Большой четверкой, так и остальными кланами, в список фамилий добавлен род лорда-протектора Рамиро, сразу с правом вето и модерации. Так что ты теперь — как Деймос Рамиро, ныне высокородный член тринадцатой фамилии. В связи с этим, из-за столь серьезных политических изменений, лорд Рамиро отбыл в метрополию для доклада Сенату о произошедшем.
Вот это неожиданно. Причем даже не понять сразу — или это лорд Рамиро сам взял себе больше власти, прогнув Хименес со своим выдвижением, либо же остальные кланы ему таким образом подложили свинью, посулив Хименес неполное растерзание взамен такой подставы. Потому что будет сложно объяснить Сенату, и тем более Совету Богов произошедшее. Хотел себе больше власти и контроля? Так себе аргумент. Не справился с Советом кланов — так еще хуже, признать себя отпустившим вожжи управления. Тяжело, наверное, сейчас лорду-протектору, если это против него игра. И судя по воспоминаниям о словах Корнелии, которая упомянула возможность фамилии взять власть на Арагоне, это все же не инициатива лично Рамиро с выдвижением тринадцатой фамилии, а реальная подстава от большинства сговорившихся кланов.
Ну да ладно, пока не мое дело — сейчас надо приземлиться на свой уровень.
— Как быть с возрастными ограничениями, господин командор-маршал?
— Этот вопрос мы уж как-нибудь обойдем, особенно учитывая некоторые твои достижения, благодаря которым я могу рекомендовать тебя на эту должность минуя конкурсные процедуры.
— Монитор нейроимпланта?
— Мы его удалять не будем — это слишком болезненная процедура. Но я его отключу прямо сейчас, если ты согласишься на должность ментора. Так каков твой ответ?
Если я теперь снова патриций, я могу покинуть инкубатор. Но здесь останется Рита — забрать которую я не могу, так что даже мысли об этом не мелькнуло.
— Я согласен, дон Диего.
— Отлично, мой мальчик, отлично.
Дон Диего широко улыбнулся, и пару раз стукнув пальцем по рабочей области, показал мне на дверь кабинета за моей спиной, откуда вышел невысокий коренастый мужчина выраженной азиатской внешности.
— Да, Деймос, еще маленькая деталь… Месяц назад своими необдуманными действиями в столовой первой ступени ты поставил под сомнение авторитет мастера отряда перед воспитанниками. Поэтому, во избежание искажения учебно-воспитательного процесса я вынужден перевести мастера Китано в твой отряд. Надеюсь, вы сработаетесь.
Некоторое время мы разглядывали друг на друга — я и невозмутимый японец. Ростом мастер Китано был ненамного выше, но из-за полуприкрытых век и вздернутого подбородка казалось, что взирает он на меня совсем свысока. После неприлично долгой паузы Китано наконец поклонился мне с бесстрастным выражением лица, сумев при этом как-то сохранить надменный вид.
Регламента отношений мастера и ментора отряда я пока не видел, да и ментором еще официально не являюсь, поэтому никакой реакции на полупоклон Китано не продемонстрировал. Буду я еще обращать внимания на каждого плебея, поэтому игнорируя взгляд невысокого японца обернулся к командор-маршалу.
— Я тоже надеюсь, что мы сработаемся мастером Такано, дон Диего.
— Отлично, мой мальчик, — улыбнулся командор-маршал, проигнорировав мою ошибку в имени мастера. Он сейчас вновь использовал свою благожелательно-старческую манеру поведения, идущую вразрез с его нынешней оболочкой, придающей ему моложавый суровый облик.
В этот момент монитор нейроимпланта отключился, выводя меня из общей сети инкубатора. Погасли на периферии зрения все уже привычные индикаторы и информационные пиктограммы, но главное, что ощутил невероятно отчетливо — мгновенно оборвалась связь с моим измененным аватаром. Пока я оценивал неожиданно навалившееся ощущение пустоты, командор-маршал жестом показал мастеру Китано покинуть помещение. Безмолвный японец вышел тихо, как будто его и не было здесь только что.
— Твой монитор уже отключен, Деймос, — посмотрел на меня дон Диего.
— Да, я заметил, господин командор-маршал. Но зачем он мне вообще теперь нужен? Если вопрос только в болезненной процедуре удаления, то…
