— Инфант Деймос, следуйте в личную капсулу и ожидайте моего вызова, — ровным голосом произнесла Стефания и двинулась по коридору в одну сторону, я — по появившимся в восприятии желтым линиям, пошел в другую.
Личное послеобеденное время еще не кончилось, так что оплатив три этернала за пятнадцатиминутный доступ в сеть я активировал голопространство и найдя форму обратной связи создал обращение в приемной протектора Рамиро, копией поставив командор-маршала инкубатора Кальдерона.
В сообщении лаконично изложил суть проблемы спектра Стефании Эрнандес, пострадавшей от Агнессы Сангуэса, ввиду экстерминации которой потребовал справедливого пересмотра дела, отзыва иска и оказания полной медицинской помощи в должном объеме.
Едва получив статус отправленного, письмо из истории сообщений вдруг исчезло. Я выругался раздраженно — похоже, глас народа слышать не хотят. Слегка успокоившись, задумался как обойти правила, огородившие меня в этом загоне, как вдруг на личную почту пришел ответ — с анонимного адреса, без подписи и сразу исчезнувший, как только я скользнул по нему глазами едва прочитав:
Быстрым шагом, почти бегом Стефания подошла к дверям кабинета командор-маршала Кальдерона. Не столько спешила, сколько шла окрыленная отсутствием привычной боли не в силах поверить в избавление. Но перешагнув порог, Стефания как будто на стеклянную стену наткнулась — за круглым столом кроме командор-маршала восседало двенадцать почтенных матрон — мастера отрядов первой ступени в полном составе.
— Сеньорита Эрнандес, рад вас видеть. Проходите, присаживайтесь, — привычным благожелательным тоном приветствовал девушку дон Диего, показывая на свободное место. На негнущихся ногах Стефания обошла стол, чувствуя на себе многочисленные взгляды. Никогда раньше она не присутствовала на подобных совещаниях в роли равного и сейчас впервые искренне порадовалась о наличии маски — иначе просто не смогла бы держать лицо перед всеми этими почтенными и высокомерно смотрящими на нее дамами, каждая из которых старше нее минимум раза в три-четыре.
— Сеньорита Эрнандес, не волнуйтесь, вы не опоздали — я просто вызвал вас чуть позже, — заговорил дон Диего. — Пока вас не было, мы обсудили случившееся сегодня в столовой седьмого отряда и каждый сделал соответствующие выводы. Донны, благодарю за участие и конструктивные мнения, а сейчас попрошу вас оставить нас с сеньоритой Эрнандес наедине.
Матроны начали подниматься и потянулись к выходу, свысока поглядывая на Стефанию. Одна из них, мастер второго отряда донна Рамона — спектр золотого ранга, как Стефания, только на сотню лет постарше, задержалась. Взяв девушку за плечо, она словно клешней сжала его сухой рукой с длинными пальцами.
— Надеюсь, ты примешь правильное решение, сеньорита, — холодно улыбнулась донна Рамона и последней покинула кабинет. Когда дверь за вышедшими мастерами закрылась, дон Диего мягкими шагами подошел и встал позади кресла Стефании, положив руки ей на плечи, отчего девушка вздрогнула.
— Прошу прощения, сеньорита Эрнандес, но мне не очень комфортно смотреть в вашу маску во время разговора, — заговорил дон Диего, мягко массируя Стефании плечи. — Я слышал, что Деймос избавил вас от паучьего яда Сангуэса? Способный ребенок, невероятно способный. Вы знаете, что в нем есть кровь демонов?
— Знаю.
— Даже не буду спрашивать откуда — ведь это закрытая и запретная к разглашению информация.
— Вы мне только что сказали.
— Да и действительно, — дон Диего вдруг громко и весело рассмеялся, но быстро посерьезнел. — Истоки этого нужно искать в истории освоения Арагона. От первопроходцев требовались нечеловеческие возможности, поэтому не все приходящие сюда с Земли люди остались, собственно говоря, людьми. Методом проб и ошибок был найден баланс, так что в каждом из избранных патрициев, по замыслу фамилии должному пойти по Пути Чести, есть от трех до шести процентов демонической крови. Обеспечение этого наличия довольно сложный и дорогостоящий процесс, не буду вдаваться в подробности как мы этого достигаем, сейчас о главном. Сеньора Агнесса Сангуэса решила пойти против правил и вырастить сына, значительно превосходящего остальных, сделав из своего ребенка октодемона — у Деймоса не три и не шесть, а сразу двенадцать с половиной процентов демонической крови. Подобная процедура — зачатие и само рождение подобного ребенка, довольно опасны, поэтому Агнесса воспользовалась услугами суррогатной матери, не знавшей о грозящей ей смертельной опасности. Вы внимательно меня слушаете?
— Да-да, конечно.
— Просто я не слышу вашего дыхания, забеспокоился. Итак, на чем я…
— Суррогатная мать.
