— А что, простите, я это где-то показал? — с иронией спросил Шин. — Нет, я не собираюсь водружать красный флаг на Голубом Доме. Мне было интересно, какой тип общества сложился в упомянутом государстве. Особенно было любопытно при этом, что в СССР имелось сразу несколько типов сообществ.
— Любопытно, — сощурился Сон. — Извини, что перебил.
— Что вы, — Шин позволил себе лёгкий укол. — Я уже привык. Так вот. Разбираясь с тем, что у нас постоянно происходят коррупционные скандалы, я был вынужден копнуть глубже. В суть, почему эти люди действуют так, как действуют. Почему они не просто нарушают законы, а считают, что имеют… статус, на который законы не распространяются. Наличие денег — это слабая основа. Совершенно очевидно, что тут дело не в деньгах. Тогда в чём? И выходило, что тот же Джэ Ён Ли мыслит другими категориями. То есть, существует в другой системе координат. Для того, чтобы понять, что это за система, нужно её с чем-то сравнить. С другой системой, которая не менее жизнеспособна. Так я и пришёл к философии общества модерна. Яркий пример такого общества — это, как раз СССР. Только не национальные окраины, а центр.
Гён Хи Сон потёр подбородок.
— Общество, построенное на принципах рацио, — негромко произнёс он. — А что же… С людьми, надобие Джэ Ён Ли?
— Я пришёл к выводу, — ответил Шин. — Что его поведение и других, таких же — это черты общества, которое ближе всего к феодальному.
— Да? — слегка удивился Сон.
— Ответственность не перед законом, а перед сюзереном, — пояснил Шин. — Жёсткая борьба за статус, то есть место в обществе. Своя мораль. Если ввести эти условия, тогда всё сходится. Джэ Ён Ли не коррупцией занимался. И не сокрытием денег от налоговой. Он действовал точно в рамках правил, которые соответствуют его статусу. В системе финансового феодализма. Я уверен, что он даже свою посадку воспринимает, просто как проигрыш в очередной схватке за статус.
— А это не так?
— Его отец, глава Самсунга, никогда не стремился в эту систему, — ответил Шин. — Да, безусловно, существовать в ней очень удобно. Не надо ничего придумывать. Жёсткие, но предельно понятные правила. Можно не оглядываться на какие-то законы для быдла. Например, в части… брачных отношений.
А это Шин подкинул, что суть предложения собеседника он понял. Точнее, это было не предложение. А проверка. Примешь… Что же, да, вполне реально, что дочерей тебе отдадут. Но тогда добро пожаловать в систему Гён Хи Сона. А потом, в вассалы его сына. Заходя в систему, любую, ты автоматом принимаешь условие, что ты не главный и никогда им не будешь. Потому что систему создал не ты.
А ответ насчёт Джэ Ёна Ли… Старший сын главы Самсунга
Но, наверное, Гону Хи Ли весьма… горько, что под конец жизни ему пришлось принять настолько суровый вызов. Отбивать атаку, в которой участвует собственный сын. Но и сделать ничего было нельзя. Это не вопрос воспитания. А вопрос характера человека.
Уж тот, который старших братьев от наследства отодвинул, такие моменты прекрасно понимает.
Гён Хи Сон на слова Шин чуть усмехнулся. Но вот взгляд у него был… нехороший. Пристальный, холодный. Как… на врага.
— Теперь мне стало яснее, — произнёс мужчина. — Каким образом… люди рядом с тобой начинают меняться.
И Гён Хи Сон, который тоже АВТОР, понял, о чём говорит Шин. И какую именно заявку сейчас сделал Кён. И, само собой, методику действий Шина тоже ясно уловил. Никаких хитрых вывертов. Ничего сложносочинённого. Кён принял… дочерей Сона в свою систему. И смог… может влиять, потому что видит, также, как и Гён Хи Сон, те ниточки, которые нужно дёргать.
— Но зачем тебе нужна медиа-компания? — спросил Сон.
Всё. Больше копать в глубину Гён Хи Сон не намерен. Не имеет смысла и даже опасно. Он понял, кто перед ним. И вот какой фокус. Пытаясь разобраться в чужой схеме, системе, пирамиде — подчеркните название, которое больше нравится, ты можешь влететь в то, что автор данной структуры может увидеть твои слабые стороны. И использовать для контроля.
«Во многих знаниях — многие печали».
— Я не буду вдаваться в детали… — начал Шин.
— Это само собой, — спокойно произнёс Гён Хи Сон. — Но какой был изначальный резон?
— Переход в информационный уклад, — ответил Шин. — Вспомните, стали слишком часто появляться люди, которые могут ловко использовать информацию, сочетая публичные заявления, шантаж и оборачивая вес структуры против неё самой. Мне нужны обученные солдаты, которые могут эффективно оборонять эти рубежи.
