Тайна материи – в её непостижимой субстанциональности, порождающей как формы инертного камня, так и формы мысли. Материи, не имеющей в себе определённости, и никакой возможности остановится, пока существует нарушение, – сбой абсолютной гармонии бытия! Материи, постоянно строящей и разрушающей «замки действительности», моделирующей и растворяющей все формы, и в тоже время совершенно недвижимой в своей сакральной субстанциональности. Материи, не имеющей ни начала, ни конца, как в прогрессе, так и в регрессе осмысления своего бытия. Не имеющей основательной в себе существенности, и в тоже время являющаяся основанием для всего и вся, несущей в себе абсолютную монаду мироздания. Материи, не имеющей для себя глобальной цели, но постоянно стремящейся, как к собственному коллапсу, так и к собственному кризису, – к полюсам собственной действительности, как единственно возможным целям, после достижения которых, наступает пустота, либо начинается всё заново.
Мне иногда кажется, что мы очень близко подобрались к пониманию сущности мира. Казалось бы, протяни руку и схватишь суть, – ядро, что скрывает в себе тайну мироздания! Но как бы мы не подбирались близко к этой тайне, она всегда будет недосягаемой. Нам суждено вечно бежать за ней, словно за миражом. Мы всегда будем воплощениями «Буриданова осла», вечно бегущего за своей морковкой. Истина всегда будет в локте от нас. И в то же время всегда будет оставаться чем-то вроде «философского камня», – лишь гипотетической возможностью.
То, из чего состоит всё и вся, при всей своей обыденности, является самой неразрешимой тайной для нас. Материя, – эта повсеместная физическая субстанция нашей реальности, и в то же время метафизическая сущность всего и вся, не доступная нашему осмыслению. Она, не имеющая формы, протяжённости в пространстве, и своего времени, и, в то же время, не существующая вне пространственно-временного континуума. Материя, приобретающая бесконечно возможные формы, и разрушающая их, вечно и необходимо. Почему же она не имеет в нашем представлении своей ясной сути? Может быть потому, что при всей своей неоспоримой реальности, при всей своей существенности, на самом деле, в ней нет ничего незыблемого, – ничего, что можно было бы определить, как конечная определённость. Как нечто сущее в себе, как изначальность, как абсолютная достоверность, за которой уже не может быть ничего, – дно окончательное и нерушимое. Нечто, что уже не может быть разложимо на составляющие, что не может быть подвергнуто вивисекции. Ведь на самом деле, найти её последнюю существенность, это всё равно, что найти конечную точку деления пространства, или, конечную точку деления времени. Материя – есть синтез пространства и времени, синтез не существующих самих в себе стихий. Она – есть воплощённый парадокс, где быть не может последней точки, последней основательной очевидности. Ибо её ткань соткана из материалов, не имеющих своих оснований, своих собственных тел в природе. Ведь само в себе пространство, как и само в себе время, существуют лишь в ноуменах, лишь как отражение, как относительность, и никак иначе. И если материя соткана из этих, по сути – дефиниций, то, как она могла бы иметь свою достоверную окончательную законченную существенность? Как, значит, феномен ничем не отличается от ноумена??? Далее я буду часто касаться этого вопроса, и постараюсь раскрыть, насколько возможно, мою концепцию относительно этого неразрешимого вопроса.
Догматизм реальности
