Позже он забрал меня, и мы поехали в загородный клуб Тупело. Там красивее, чем в клубе Хатисберга, танцплощадка вращается, и под ногами горят цветные лампочки. Все девушки были такие красавицы в выходных платьях! Дарси взяла с собой старый кожаный барабан, а Мэри – гавайскую гитару. Мне не терпелось увидеть, что они приготовили. Миссис Макклей побывала в парикмахерской и прицепила букет к корсажу. Она подошла к микрофону и сказала:
– Леди и джентльмены, с радостью представляю вам двадцать восемь финалисток конкурса «Мисс Миссисипи» этого года.
Я чувствовала себя как в первый раз на сцене. Жаль, здесь нет папы и Джимми Сноу. Мы вышли одна за другой, а оркестр играл «Красивая девушка – как мелодия». После этого мы отправились в раздевалку готовиться к выступлениям. Переодевались только Маргарет Пул, Кей Боб Бенсон и я. Остальные выступали в платьях. Я надела костюм «Сюси Свитуотер». Судьям понравился мой номер с женщиной, в которую стреляли, но они рассудили, что фигурирующий в тексте развод не подходит для «Мисс Миссисипи».
Маргарет Пул курила в туалете, и тут дверь распахнула миссис Макклей, чтобы нас позвать. Не успела я понять, что случилось, Маргарет Пул сунула мне в руку сигарету и сказала:
– Я готова, миссис Макклей.
Миссис Макклей огляделась, увидела меня и подняла скандал. Она сказала:
– Фрэнсис Харпер, что ты делаешь с сигаретой? Ты в публичном месте. – Потом вырвала у меня сигарету, подбежала и бросила в унитаз, не успела я и рта открыть. И говорит: – Как ты посмела позорить конкурс «Мисс Миссисипи»! Сегодня ты отсюда не выйдешь. Я с тобой позже разберусь, мисс!
От удивления я так и осталась стоять где стояла. Когда они выходили, я услышала, что Маргарет Пул говорит:
– Я предупреждала ее, что не надо курить, миссис Макклей.
Кей Боб Бенсон, которая все видела, заржала как ненормальная и вышла из туалета со своим жезлом. Не зная, что делать, я тоже вышла и стала смотреть, как народ выступает. Когда до меня дошла очередь, миссис Макклей пропустила мое имя и назвала следующее. Когда все отвыступались, миссис Макклей сказала в микрофон:
– Леди и джентльмены, должна с сожалением сообщить, что в этом году мы последний раз смотрим выступление четырех наших любимых конкурсанток, и нам будет не хватать этих юных леди, которые так долго украшали нашу сцену своей красотой и талантами. Однако девушки сказали, что хотели бы на прощанье подарить нам небольшой специальный номер. Уверена, он нам понравится. – Она прочитала карточку, которую дала ей Дарси, и произнесла: – Итак, леди и джентльмены, с большим удовольствием представляю вам «Квартет Простушек».
Мэри вышла с гавайской гитарой, и Дарси с барабаном. Мэри сказала: «Раз, два, раз-два-три», и вот какую песню они исполнили на мотив «Индюшки в соломе»[109]:
Мэри и Пенни потратили два дня на создание самой грязной песни, какую только можно придумать. Они допели, согнулись в глубоком поклоне и убежали. Зрители онемели.
Хохоча и взвизгивая, Дарси и Мэри схватили меня за руки и крикнули:
– Бежим, девчонка!
Мы выскочили из дверей, прыгнули в мое такси и помчались к ним в отель выпить. Они сказали, что ждали этого три года.
Нынче утром весь персонал и конкурсантки были созваны на незапланированное собрание. У миссис Макклей был вид восставшей из гроба. Наверно, она не ложилась, потому что на ее вчерашнем платье болтался все тот же, но мертвецки обмякший букет, а на голове у нее черт-те что творилось, какое-то воронье гнездо. Она сообщила, что, к сожалению, в связи со сложившимися обстоятельствами мисс Дарси Льюис, мисс Джо Эллен Фили, мисс Мэри Кадсворт и мисс Пенни Рэймонд не будут выступать в театре «Стейт». Они останутся за кулисами и выйдут только для получения стипендии.
Потом сказала со слезой:
– Я хочу пожелать вам всем сегодня удачи. – И высморкалась. – И еще одно напутственное слово будущей победительнице – кто бы ею ни стал. Не помните розы, они бархатные.
После этого все поехали в театр репетировать. Меня пока не вычеркнули из списка выступающих. После того, что натворили Дарси и компания, видимо, она сообразила, что курение по сравнению с этим – мелочь.
