– Волшебный артефакт, мать его… – не мог я удержаться от ругательств, пока собирался с мыслями и натягивал на себя одежду для прогулки. – Волшебный артефакт. Закон жанра. Он появляется, им пользуются. Дебил, полудурок из убогих! Никаких вопросов. Ничего не искать. Он есть, значит так должно быть. Но так не должно быть!
Застегнув на себе сбрую для ежедневника, которую мы с Анькой придумали и заказали специально для незаметного и удобного ношения моего чудо-артефакта, я запихнул его на подобие пистолета, взял ключи от машины и вылетел из дома. Три пробки спустя моя машина приближалась к станции метро Китай-город, тихонечко шурша джазовыми ритмами из магнитолы, подкрепляя басовую секцию бархатным сабвуфером.
– Игорёк, привет! – не отрываясь от дороги, говорю я по телефону, включив громкую связь. – Как твои делишки?
– Привет-привет, всё хорошо, Саш. Спасибо за помощь в прошлом месяце, меня в отделе до сих пор на руках носят.
– Да ладно, не стоит, – ох уж эти «службисты», вечная погоня для галочки делает из них «вечно-всюду-катастрофа-опоздал». – Подумаешь, найти откуда человек полетит.
– Ну, не скажи. Ты чего-то хотел? – резко перевёл он тему, и в голосе сразу послышались скрежет строгого официоза. Видать, вызывают бедолагу на службу сложную и опасную, во благо родины и отечества стараться всеми силами своими.
– Да, ты бы не мог мне одну вещь по базе пробить?
– Без проблем. Где-то через полчасика тебя устроит?
– Конечно.
– Что за информация нужна?
– В районе метро Китай-город, на расстоянии примерно пятнадцать минут пешим ходом, двенадцать лет назад должен был быть магазин… – ёлки-иголки, как же это сформировать-то в понятное предложение? – М-м, наверное канцелярский или книжный. Можно еще всякие магазины со странностями посмотреть…
– То есть «со странностями»? – как я его понимаю, сам бы встал в ступор от такой формулировки.
– Ну, торгующий непонятно чем, или всякой эзотерической фигнёй.
– Ага, ясно. Посмотрю. Это всё?
– Всё.
– Тогда до связи, – сказал он и был таков. Ну что же, не будем человека от дел государственных отрывать, мало ли, сколько у него впереди свершений.
Чтобы не тратить время в пустую, я стал колесить по сплошному одностороннему движению Китай-городского района, вдыхая запах натуральной кожи и ненатурального кондиционированного воздуха в своей «Марусе». Никакие денежные массы не способны убить в нас привычку навешивать вещам имена собственные, поэтому и бездушный Mercedes-Benz у меня с Анькой стал родной и тёплой «Марусей».
Через полчаса мытарств и поочерёдного нажатия педалей «газ-тормоз», я испытал явственное дежавю. Как можно было не заблудиться в этих чёртовых лабиринтах, крайне путаных переулках и улицах, ума не приложу! Двенадцать лет назад мне очень повезло, что я вообще добрался обратно до метро.
– Алло, Саш! – дозвонился до меня доблестный служака. – Короче, двенадцать лет назад было четыре точки с эзотерикой, десять канцелярских и три книжных. Это в радиусе пятнадцати-двадцати минут пешим ходом от метро. Скинуть тебе адреса?
– Не стоит, просто продиктуй, если не сложно…
– Нет, конечно. Без проблем.
– Скажи, а что-нибудь из этого работает до сих пор?
– Примерно пятьдесят на пятьдесят.
– Ясно, диктуй.
Наш разговор закончился так же сухо, как и начался. Всё-таки полезные знакомства, которыми обрастаешь за свою жизнь, как новогодняя ёлка гирляндами, обязывают держать дистанцию вытянутой руки. Всё так вежливо вроде, чувствуется задор интереса и к собеседнику, и к его личной жизни. Но где-то глубоко внутри сидит червяк, твердящий с усердием монаха «ничего личного, ничего личного», и общение с человеком становится похоже на механическое использование компьютерной функции.
Машину я оставил возле какой-то кафешки, так как все адреса быстрее обойти пешком, чем тыкаться в пробках и искать пути объездов в железной коробке на колесах. Приблизительно половина мест из всего списка действительно уже не работало. Двенадцать лет всё-таки неплохой срок для того, чтобы дело прогорело или исчерпало себя как актуальное место. Зато закусочных и аптек пруд пруди. В одном из адресов даже ритуальные услуги встретились.
Не даром говорят, что три вечных бизнеса это – лечить, кормить и хоронить. Каков бы ни был политический строй страны, какая бы ни была обстановка в мире, люди всё равно будут есть, болеть и умирать.
Примерно через час я отчаялся искать то место, где мне продали ежедневник, и заходя в последней адрес не ожидал услышать ничего хорошего. Поначалу диалог повторял текст одиннадцати предыдущих.
– Здравствуйте, – говорю я и козыряю корочкой со страшными названиями, честно подаренной мне тем самым Игорем. – Скажите, ваш книжный с какого года находится здесь?
– Здравствуйте, – тётенька за прилавком заметно взмокла, после моей щёгольской демонстрации должности и звания, в которых я никогда не состоял и не собирался. – Честно говоря, не знаю, я всего год здесь работаю.
– И за этот год вы не узнали, сколько существует торговая точка? – делаю строгое лицо.
– Ну… Я… А с какой целью вы интересуетесь?
