– Декада, ты готова? Опоздаешь! – услышала я с первого этажа. Вздохнула, потому что на часах было только семь тридцать. Вечно она все преувеличивает! Но делать было нечего, потому что если бы я задержалась еще на несколько минут, мама бы точно устроила разнос. Поэтому пришлось быстро глянуть в зеркало, чуть подтереть пальцем тушь под глазом, быстро завязать высокий хвост и, подхватив старый добрый желтый рюкзак с кучей значков музыкальных групп, сбежать по лестнице вниз.
– Ну что это за вид? – мама недовольно одернула мою белую рубашку, которую я по последней моде «полузаправила» в красно–черную клетчатую юбку. – Тебе совершенно не идет хвост.
Я только закатила глаза на мамину реплику и, попрощавшись с ней у порога, зашагала в сторону школы. На улице все равно заправила одну сторону рубашки. Ничего она в моде не понимает!
Моя мама очень строгая. Очень. Ей никогда не нравились мои поступки, моя внешность, мои друзья, мои увлечения. Сколько себя помню, мама всегда была недовольна мной. Иногда в детстве я даже думала, что я приемная, но документы говорили об обратном. Наверное, именно из-за этого маминого вечного недовольства папа от нас ушел…
Я не видела отца с пяти лет. В детстве постоянно спрашивала у мамы, где папа, почему он меня не навещает. Но мама только раздраженно отмахивалась или больно шлепала меня по руке, чтобы я не доставала ее глупыми вопросами.
Путь до школы занимал буквально пятнадцать минут. Нужно было пройти мимо кулинарии, в которой пекли самые вкусные в нашем городе синабоны с сахарной глазурью. Как раз около нее с правой стороны вышел высокий рыжий парень. Он улыбнулся своей самой солнечной в моей жизни улыбкой и привычно взял мой рюкзак.
– Рад тебя видеть, Када, – произнес Кристиан, приобнимая меня за плечи. Я вымученно улыбнулась лучшему другу и тут же зевнула, еле успев прикрыть рот рукой.
– Я тоже, Крис! Целое лето без тебя – му-ука, – смешно протянула я. Кристиан хохотнул, и мы под ручку пошли к зданию нашего учебного заключения, болтая о прошедшем лете. Крис почти все каникулы провел в Нью-Йорке у своего дяди, и теперь мне не терпелось расспросить его обо всем.
Я очень люблю такие моменты, когда я могу быть самой собой. Только с Кристианом наедине. Мы могли разговаривать на абсолютно любые темы, и я не чувствовала никакого стеснения. Его мама уже стала для меня родной, она всегда готовила для меня мой любимый малиновый пирог и читала нам с Крисом сказки в детстве. В их доме я чувствовала тот уют, которого не было в моем. Поэтому последние несколько лет редко ночевала у себя, чем невероятно бесила маму.
Я задумалась о своем, точнее нашем, прошлом и не заметила, как мы уже подошли к школе. Как всегда, у крыльца стояла «элита» – Элайза со своей компанией прихвостней. Они вот уже два года не давали мне прохода. Почему? Все просто. Кто-то разнес слух о том, что мне нравится Дмитрий, а Элайза встречалась с ним с 7 класса. Поэтому каждый раз, когда я попадала в ее поле зрения, девушка старалась меня задеть.
– Опять… – пробормотала я и попыталась как можно незаметнее пройти за плечом Криса в здание, но в последнюю секунду меня окликнули.
– Джонс, как некрасиво игнорировать своих одноклассников!
Визгливый голос Браун так сильно резал слух, что я невольно поморщилась и обернулась. Конечно, от внимания компании Элайзы моя гримаса не укрылась, и некоторые девушки, нахмурившись, шагнули ко мне.
– Дерзкая что ли?
– Походу Джонс не хватает хорошей взбучки!
Но как только передо мной встал Кристиан, осторожно отодвигая за свою спину и держа меня за руку, все замолчали. Девочки смущенно попятились.
– Ну что вы замолчали, девушки? Я очень хочу послушать вас, – Крис окинул взглядом всю компанию, даже Элайза потупила взгляд и невзрачно стояла за спинами подружек.
– Ну, Кристи, мы же пошутили… – пропищала одна из компашки, блондинка невысокого роста. Ее звали Джинджер Коллинз, и когда–то в детстве мы даже общались. Сейчас же она превратилась в ту самую глупую стервозную девчонку, которой в детстве боялась стать. После ее реплики Крис посмотрел на Джинджер таким взглядом… я никогда у него такого не видела. Он презирал эту девушку, буквально не видел перед собой человека, так мне показалось. И следом он произнес очень холодно, меня аж до мурашек пробрало:
– Закрой свой грязный рот и больше не открывай. Тошно от одного звука.
Я стояла в шоке. Все, кто слышал эту фразу, – тоже. Но особенно в шоке была Джинджер. Не секрет, что добрая половина девчонок нашей школы сохла по Кристиану Драгу. И в этот момент часть из этих девчонок стали еще большими его фанатками, остальные, клянусь, хотели вцепиться ему в лицо.
Кристиан развернулся и с гордым видом буквально протащил меня к шкафчикам.
