– Нужно будет попросить разрешение у профессора, Доктор. Завтра – день Включения, поэтому обстановка в Храме в последнее время напряжённая.
– В Храме?
– Так мы называем Центр Управления Сплайном. В шутку, разумеется.
Он грустно улыбнулся. Не такая уж это и шутка.
– Мне бы очень хотелось посмотреть.
– Вот что я вам скажу. Давайте прогуляемся к Храму; мне нужно через полчаса быть на работе. Если вы в состоянии идти, разумеется.
– Готов, мистер Калун, я уже готов, – он вскочил на ноги. – Ну что, идём?
В одном из домиком под гофрированной кровлей, Тёрлоу сидел на мягком диване и пил травяной напиток. Напротив него, улыбаясь, сидел Калун.
– Так откуда вы? – спросил он. Мистили? Понтахун? Вы ведь явно не местный.
Вы даже не представляете, насколько, – подумал Тёрлоу.
– Нет, я прибыл издалека.
– И как вам Хотампа?
– Недружелюбная, – рискнул Тёрлоу.
Он не хотел обижать своего спасителя, но арест за то, что ты не отсюда – не самая тёплая встреча.
– Верховный Жрец видит в Хотампе свой удел для вербовки служителей, и чаще всего эта роль выпадает чужакам. Так что же вас сюда привело? Явно ведь не репутация города?
Вариант «я прилетел на машине времени, которая тут же исчезла» рассматривать не стоило.
– Я пристал к каравану, – Тёрлоу видел пару похожих на быков животных, которые тащили из поселения повозку, и надеялся, что его ответ правдоподобен. – А какая у города репутация?
Калун надпил немного из стакана и вздохнул:
– Вымирающее сообщество, пытающееся перебиться тем, что вырастает на безжизненной почве, в то время как Верховный Жрец и его служители в Храме отъедают морды. Такое вот, вкратце, мнение в этих краях.
– В Храме? Это то большое здание? Оно не производило впечатление религиозного.
– Именно оно. Уже пять сотен лет, как мы умираем в его тени; кто-то покидает Хотампу в поисках лучшей жизни, кто-то умирает от голода или болезни, а кого-то «вербует» Верховный Жрец. Я думаю, что не пройдёт и двух лет, как Хотампа превратится в брошенную кучу ржавеющего железа.
– А что находится в Храме?
– Сплайн, – сказал Калун. – Всемогущий, капризный, опасный... Из тех, кто его видел, никто не остался в живых, так что рассказывать некому. Но Уллий, Верховный Жрец, держит его в своей хватке. Сплайн слушается его: люди исчезают, посевы сохнут и умирают, и всё это из-за Верховного Жреца и его Сплайна.
– И поэтому вы боитесь против него восстать? Потому что боитесь какого-то загадочного бабая?
У Тёрлоу появилась идея; правда, его осторожность напоминала ему, что именно за такое бунтарство его в своё время сослали с Триона на Землю.
– Что? – спросил Калун.
– У общества в такой ситуации есть только два выхода: умереть или восстать. В Хотампе же явно нет никого, достаточно храброго, чтобы встать против этого Верховного Жреца.
Калун вскочил на ноги:
– Вы на что намекаете, Тёрлоу? Что мы все трусы?
– Ну, я тут, конечно же, недавно, но всё выглядит именно так.
Вот, это должно вызвать реакцию. Впрочем, Тёрлоу не подумал, что за такие слова его могут схватить за горло.
– Среди нас есть группа людей, которые не согласны сидеть и смотреть, как гибнет наше общество, – прорычал Калун. – Мы регулярно ходим на разведку в Храм, высматриваем слабые места, проходы. Мы можем потягаться с Верховным Жрецом.
Он отпустил Тёрлоу.
– И когда ближайшая разведка? – хрипя, спросил Тёрлоу.
Калун улыбнулся:
– Сегодня ночью. Хотите присоединиться?
В сумерках Хотампа стала ещё более мрачной, если это было возможно. Мрачная, холодная, и пустая, словно скелет; освещённая слабым светом двух маленьких лун, который лишь изредка пробивался сквозь затянутое дымкой ночное небо.
– А откуда берётся энергия для Сплайна? – спросил Доктор у Калуна, когда они шли к Храму.
Он хотел воспользоваться природной открытостью Калуна, чтобы лучше войти в курс дела перед встречей с Уллием. «Предупреждён – значит вооружён» – разумный принцип, в чём Доктор убеждался много раз.
– От устройства под названием тахионный замедлитель. Слышали о таком?
Доктор, разумеется, знал, что это такое, и знал, что наличие этого устройства на Гераклите было так же невозможно, как и создание сплайна. Впрочем, это объясняло зелёное свечение – черенковское излучение. Покойный посол явно чертовски повлиял на нормальное развитие этой цивилизации, предоставив им технологии и оборудование, опережавшие на несколько веков то, что они были способны открыть сами. Впрочем, возможно, он действовал по принуждению; Доктор вспомнил, как бедного Эрато использовали на Хлорисе.
– Доводилось слышать. Полезная штука.
Свернув за угол, они оказались у больших мрачных ворот, по верху которых шла колючая проволока. Коренастый мужчина в коричневой униформе вышел из тени навстречу с протянутой рукой.
Вручив охраннику пропуск, Калун указал на Доктора:
– Со мной посетитель, Крус.
Сказав «угу», охранник открыл ворота.
