— Не хочется. Знаешь, мне сейчас ни о чем не хочется говорить.
— Вот. — Радич положил на стол конверт. — Два билета на рейс Санкт-Петербург — Нью-Йорк. Самолет вылетает в воскресенье. Как ты и просил.
Молчанов горько усмехнулся:
— Спасибо, Сергей Петрович. Но, боюсь, в воскресенье мы не вылетим.
— А что?
— Инну похитили.
Выслушав рассказ о событиях, Радич сказал, не поднимая глаз:
— Черт, будь оно все проклято… Получается, я должен проверить и свою «Ниву»?
— Получается.
— Ты хоть выяснил, что это был за человек, который перелез на участок?
— Выяснил. Константин Агоян по кличке Ага. Слава оглушил его рукояткой пистолета. Он сейчас отлеживается в больнице при СИЗО.
— Черт… Так промахнуться… Ты говоришь, он стоял лицом к ограде?
— Да. У Славы в тот момент была полная иллюзия, что человек, стоящий к нему спиной, не вылез с участка, а только собирался туда залезть. А он уже поставил на наши машины все, что хотел.
— Черт… Но даже с датчиком подловить Славу не так просто.
— Тем не менее они его подловили. Мне кажется, схема, по которой они вышли на Инну и Славу, была такой: они знали, что в Москве Инна прежде всего подъезжает к американскому посольству, там они и установили дежурство. В понедельник, когда джип подъехал к посольству, они его засекли и взяли под плотное наблюдение. Слава и Инна, сидя в машине, могли говорить о том, что Инна должна подъехать к посольству еще и во вторник. Могла зайти речь и о цветочном магазине. Так что у Буруна для подготовки было целых два дня.
— Мы ведь должны куда-то заявить, что Инна пропала?
— Должны. Поезжайте прямо сейчас к Катышеву, все объясните и подайте официальное заявление. Скрывать нам теперь абсолютно нечего, с Инной у нас заключен официальный договор, со Славой тоже. Напомните Катышеву о налете на дачу, дайте понять, что люди Буруна затеяли все это из-за Инны. Подробно опишите происшествие в цветочном магазине, появление там фальшивого майора милиции. И покажите вот это. — Положил на стол фотографии отпечатков протекторов. — Это фото следов машины, на которой увезли Инну. Вдруг МВД удастся на эту машину выйти. Но сначала я хотел бы с вами посоветоваться.
— Советуйся. — Радич достал кисет. — Я пока пару раз затянусь.
Понаблюдав, как Радич развязывает кисет, Молчанов сказал:
— Сергей Петрович, как вы думаете, Гудок после разговора со мной, ну когда я выдавал себя за посыльного Тумбы, он рассказал об этом Буруну?
— Рассказал ли он об этом Буруну? — Радич стал набивать трубку табаком. — Я думаю, рассказал.
— Я тоже так думаю. Он обязательно ему об этом рассказал. И наверняка он меня подробно ему описал. А также передал все мои координаты, кличку Кузя и фамилию, имя, отчество. И Бурун это описание и то, что с Гудком имел дело Кузя, он же Иван Васильевич Кузьмин, хорошо запомнил. Так ведь?
— Допустим, так.
— Так вот, я решил: я снова стану Кузей. И в виде Кузи приду к Буруну, чтобы провести с ним переговоры об Инне. — Не чувствуя в себе нужной уверенности, спросил: — Что скажете по этому поводу?
Чиркнув спичкой, Радич долго разжигал трубку. Наконец разжег. Затянувшись, чуть придавил тлеющий табак пальцем:
— Паша, извини, я скажу, что это самоубийство.
— Почему самоубийство? То, о чем я буду говорить с Буруном, может его заинтересовать.
— Его заинтересует одно: как можно скорей тебя прикончить. — Радич посмотрел на Молчанова в упор. — Ничто другое его заинтересовать не может. О чем ты хочешь с ним говорить?
— Я хочу предложить ему себя как посредника, который знает Америку и банк «Атлантик Америкэн». И поможет ему получить выкуп за Инну.
— Хорошо, ты предложишь ему себя как посредника — и что это тебе даст?
— Во-первых, я смогу узнать, жива Инна или нет. Во-вторых, в процессе переговоров с Буруном я попробую понять, где он ее держит. Может, смогу выяснить что-то еще.
Молчанов ждал, что скажет Радич, и в конце концов дождался.
— Мне кажется, из этого может что-то получиться.
— Мне тоже так кажется.
— Когда ты хочешь пойти к Буруну?
— Сегодня вечером.
Наблюдая за плавающими над трубкой Радича завитками дыма, Молчанов понял: от плана, который сейчас в нем созрел, его уже не сможет отвратить ничто.
После ухода Радича он нажал кнопку селектора. Через пару секунд в динамике раздался голос Кости:
— Да?
— Костя, привет. Что там насчет Берега? Как собака?
— Все в порядке, она в питомнике.
— Условия содержания проверил?
— Проверил, условия приличные. Ей будут давать дополнительное питание, я договорился.
— Я помню, ты говорил о некоем Серафиме Викторове, или Векселе, человеке из окружения Буруна. Этот Вексель, он что, еще существует?
— Думаю, существует.
— Ты мог бы обратиться к нему снова?
— А что нужно?
— Я хочу прийти к Буруну под видом Кузи, бывшего посланника Тумбы. И попытаться выяснить, что с Инной.
— Под видом Кузи? — Наступила пауза. — Слушай, Паша, ты хорошо подумал?
— Хорошо.
— Это же идти на верную смерть.
