В Портовом Районе у него ещё оставалось одно неоконченное дело. «Сирокко». Вануэзская каракка, на которой привезли мощи. Актей Ламбезис должен был встретиться с ним там. Раз уж архонт втянул его в неясную и опасную игру, Альдред хотел послушать.
Но, как и прежде, Флэй бы не расстроился, если бы Равновесный Мир сгорел дотла. Судьба выбила почву из-под его ног. Он должен был отыскать для себя новый путь.
Сначала только надо будет воссоединиться с Марго. Опять же, что скажет этот проклятый дельмей, на выдумки хитрый?
Боковым зрением Альдред видел письмо. Само существование этой бумаги возбуждало в нём звериную ярость. Он взял его и стал рвать на мелкие кусочки, пока от него не осталось ничего, кроме трухи.
Теперь ему стало чуточку легче. Ренегат встал и подошёл к окну. Небо степенно затягивало тучами. Скоро улицы заполонят упыри, пока не начнётся дождь. Ливень стоило ожидать ближе к вечеру.
Дезертир слишком устал, чтобы идти дальше тут же. Не помешало бы привести себя в порядок. Сбросить с себя оковы прошлого символически.
Пару часов к ряду Альдред потратил на то, чтоб умыться. Использовал воду в фонтане. Сходил в погреб гостиницы, набрал себе сухарей, сыра и брезаолы. Что-то возьмёт с собой, что-то съест так. До кучи Флэй прихватил с собой бутылку вина.
Он никогда не напивался по-настоящему. Но сегодня ему очень хотелось попустить своих злых демонов.
Трапеза отошла на второй план. Для начала ренегат осмотрел второй этаж. Как назло, только у сестры Кайи комната не выходила на крышу первого этажа. Чтобы передохнуть, ему нужна была полная безопасность.
Предатель заколотил ставни, чтобы дневной свет не пробивался в комнату. Каннибалы также не подобрались бы к нему так просто. На стойке взял канделябр и связку свечей, а также трут.
Зажёг несколько, чтобы иметь хоть какой-то свет. Потом затворил дверь и закрыл на ключ с обратной стороны. Следом подпёр её шкафом. На столе разложил яства и разделал всё позаимствованным ножом.
Штопора в этой гостинице не оказалось. Видать, своровал кто-то из постояльцев. Тогда Флэй достал из рукава стилет. Резко вбил в пробку, проталкивая то через горлышко. Снял с неё клинок и вернул на место.
Дал красному полусладкому немного подышать. Уселся на кровати. Стал пить и есть. А за окном начал раздаваться клёкот. Сотни бледных ног топали по мостовой. Упыри кого-то преследовали. Но Альдреду было всё равно. У него обед.
Что странно, он до сих пор ощущал дух сестры Кайи в этой комнате. Её запах пропитал кровать. Когда-то он его любил. Но сейчас вызывал только отвращение. Флэй терпел, относясь к этому философски. Ренегат хотел тем самым себя испытать.
Будто розгами. Плетьми. Калёным железом.
Закончив с едой, Альдред потушил свечи. Улёгся на кровать. В виски ударило подскочившее давление. Он закрыл глаза и выжидал сон.
А за окном происходила жатва.
Лето. Самое прекрасное из тех, что прожил Альдред.
Со стороны леса доносилось пение цикад. Их было сотни, если не тысячи. Умиротворяющий шум растворял в себе, даруя чувство единения с миром.
Над головой плыли облака. Лишь местами лазурное небо проглядывало сквозь заслон. Старый дуб, в тени которого они устроились, шелестел листвой при каждом порыве ветра. Холм степенно переходил в поле, которое пересекала просёлочная дорога.
Кругом росли дикие цветы: синие, красные, жёлтые, белые. Названий Флэй не знал. Да и не вспомнил впоследствии.
Ещё совсем юный, он смотрел вверх. Расположился вальяжно. Лёжа, руки заложил под затылок. Согнул одну ногу в колене. Вторая лежала бревном в траве. Поползновения тёплого воздуха заставляли траву колыхаться. Обволакивали кожу. Не холодно и не жарко. Момент, который хотелось проживать и чувствовать вечно.
Ведь рядом лежала она. Та самая. Её волосы расползлись в разные стороны. Пальцы в неловкости тянулись к животу, теребя ткань платья.
Девочка посмотрела на него, улыбаясь. Мальчишка видел это краем глаза, но не повернулся в ответ. Он тоже стеснялся. Нежный возраст. Ангельская невинность. Простодушная честность. Искренность, какой в зрелом возрасте нет и в помине.
У них обоих на уме крутился один и тот же вопрос. Она задала его первая:
— Вместе навсегда?
Тот улыбнулся. Спросить её то же самое боялся. Но всеми фибрами души чувствовал, что ответ очевиден и так. Если б только жизнь всецело была в руках людей…
С ней он был так счастлив, что не допускал никакой задней мысли. Тени сомнений. Страхов. Лишь детская наивность. Лёгкость в словах и поступках. Воодушевленность принца, что явился спасти прекрасную деву из лап дракона. Прямо как в сказке. Да только чудовище затаилось.
— Вместе навсегда, — твёрдо заявлял юнец.
Он не мог знать о том, что их ждёт в будущем. И в момент, поделивший его жизнь на «до» и «после», горько пожалел об исходе их дружбы. Ненависть отравила ему душу. Мальчишка чувствовал себя жалким из-за своей несостоятельности.
