– Она пошла переодеваться, телефон, думаю, где-то оставила. Знаете, здесь такая суматоха, так много людей…
– А, ну ладно, – сразу же успокоился Петр. – Хорошо, что ты мне позвонила. Значит, все в порядке.
– Да, конечно, в порядке! Но Борис… Он не должен знать, что мы остались там… Пожалуйста, если вдруг он позвонит и позовет меня к телефону, скажите, что я у Тони заночевала, хорошо? Пусть он не волнуется.
– Да без проблем! Думаешь, я ничего не понимаю? – Он засмеялся в трубку. – Только обещайте мне, что будете осторожны.
Женя заверила его, что все будет хорошо, чтобы он не волновался. После этого отключила телефон и выдохнула:
– Уф… Кажется, со всеми договорилась. Теперь поехали! Будем разгребать то, что я там наворотила…
Как же не хотелось верить в то, что это из-за них с Наташей мог погибнуть человек.
И вдруг ее осенило:
– Паша, звони немедленно Реброву, пусть он узнает адрес Зои. Мы просто обязаны попасть туда и поискать ее медицинские документы!
– Ты думаешь, ему сейчас до этого?
– Так это же важно!
Журавлев был удивлен, когда Ребров, не задавая лишних вопросов, отправил ему адрес Зои Белоусовой.
– Ты все-таки думаешь, что это она, да? Что это она убила этих мужчин?
– Мне не хочется об этом думать, но проверить надо.
Так не хотелось подозревать эту женщину, но слишком уж «женские» убийства. Хотя если проанализировать разговор Жени с Зоей и ее открытость, а также искренний испуг при виде фотографий погибших, то с каждой минутой сомнений становилось все больше и больше.
«И как же мне будет стыдно, – подумала Женя, – если в квартире этой очаровательной буфетчицы не обнаружится ни одной улики».
Я готова была поцеловать кольцо, я была так счастлива в тот момент, ведь Саша сделал мне предложение! Все мои страхи перед его возможными будущими изменами на время исчезли, уступив место невероятному счастью и покою. Пусть месяц, пусть даже меньше, но он будет мой. Больше того, в ту минуту я даже допустила возможность прощать его всякий раз, когда он будет мне изменять. Главное, чтобы он оставался со мной. А если мне удастся забеременеть и родить ему ребенка, то шансы, что наш брак сохранится, увеличивались.
Саша поцеловал меня. Я закрыла глаза, потом открыла: нет, это не сон, вот он, Саша, а вот кольцо, которое он надел мне на палец!
Ему кто-то позвонил. Саша поморщился и отмахнулся, мол, не до того.
– Возьми трубку, – улыбнулась я. – Может, что важное.
– Это Щеглов. Знает же, что мы уехали. Чего звонить-то?
Но я заставила его ответить на звонок. И замерла. В груди кольнуло, и на какое-то время мне показалось, что я теряю сознание. Что это было? Предчувствие? А разве оно существует?
Саша слушал и смотрел на меня такими глазами, что я сразу поняла: что-то случилось. Но нас-то это как может касаться? Мы здесь. Я и Саша живы и здоровы.
– Хорошо, я понял. Я скажу ей…
Он отключил телефон и посмотрел на меня так, что у меня внутри все похолодело.
– Олег…
– Что? – Кожа моя покрылась мурашками. И сердце перестало биться. – Что с ним?
Первой мыслью было: заморозили. Как и тех четверых.
– Он погиб. Его… – он подбирал слова, но так и не подобрал: – Зарезали. Прямо у всех на глазах.
– Как это? – Я подавилась словами. – Этого не может быть.
– Снимали сцену на лужайке, там были все… И никто ничего не видел, не заметил, просто он упал, и все. И мгновенно умер.
Дорога до поселка заняла половину моей жизни. И хотя машина летела, нарушая все правила, все равно мне казалось, что мы ехали медленно.
Я рыдала, вспоминая Олега, передо мной проносились картины нашей с ним совместной жизни. Он так много для меня сделал, так старался заработать, чтобы купить мне необходимое, да он выходил меня после того, что со мной сотворили эти изверги. Возил меня в больницу, покупал лекарства, научился делать уколы, готовил мне еду, стирал мою одежду и даже гладил! А как он радовался, когда я пошла на поправку! Удивительно, но он, здоровый мужчина, уступил моей просьбе и заставил себя не помышлять о близости. Он сам менял мне постель, с такой любовью и заботой взбивал подушки, укрывал меня одеялом. Мужчина, знающий, что не получит за это никакой женской награды, все равно продолжал заботиться обо мне и всячески поддерживал меня, нашел мне такую хорошую работу и сам устроился рядом, чтобы оберегать меня. Даже мой роман с Сашей не повлиял на его ставшее уже братским отношение ко мне. А как он боялся, что Саша меня «поматросит и бросит». Он переживал за меня, но Сашу не терзал, не мучил обещаниями верности на мой счет, за что я была ему благодарна. Он словно стоял в стороне и наблюдал за нами и был готов в любую минуту броситься мне на помощь.
А как трогательно он предлагал мне потратить заработанные им деньги на поиск моих мучителей. Он прямо-таки жаждал расправиться с ними. Словно хотел наверстать все то, на что не оказался способен в отношении бывшего партнера по бизнесу Егора. Все наши потуги отомстить этой твари, ограбившей и покалечившей Олега, были какими-то детсадовскими, ничтожными, мелкими.
