Погода была чудесной. За первые шесть часов пути «Чемпион» преодолел путь от Одессы до Севастополя. Гордость русских моряков остался слева по борту. Обогнув мыс Фиолент, катер взял курс на Сочи. Идти вдоль берега не имело смысла, поскольку море было тихим и ветра практически не было. На всём протяжении пути катер ни разу не встретил ни украинских, ни российских пограничников. Было странно, что попадались лишь пассажирские или торговые суда. Монзиков бегал взад-вперед, с палубы в каюту и обратно. То он дышал свежим морским воздухом, то лежал на диване, то ел, то курил. Он всё время был чем-то занят, если это можно было вообще назвать занятием. А молодежь беспробудно дрыхла. Команда катера – один рулевой-капитан и два матроса, каждый из которых были профессиональными поворами, в идеальной чистоте содержали последнее достижение кораблестроения. Рулевая рубка была напичкана всевозможными приборами. И чего там только не было: и спутниковая навигация, и прибор ночного видения, и эхолот, и спутниковая связь, и бортовой компьютор, и телевидео-аудио аппаратура. Я даже не могу всего перечислить, поскольку ни я, ни Александр Васильевич в этом не разбираемся, но катер строили на одной из итальянских верфей, а там дерьма не делают. Катер был построен для одного из итальянских миллионеров, который не смог его выкупить по причине внезапной кончины. Комплектация и цена находились на самой верхней нише, что непосредственно отразилось на высочайшем качестве. Монзиков, который ни разу не катался на президентских катерах был уверен в том, что «Чемпион» – один из них.
Уже вечером, когда солнце село за горизонт, впереди, слева по борту показались огни большого Сочи. Около двух десятков больших кораблей стояло на Сочинском рейде в 4-8 км от берега. Катер на большой скорости подходил к морскому причалу Морского вокзала, когда Семен вдруг скомандовал: «Стоп машина!».
До берега оставалось метров 300, катер практически замер на месте. Семен позвал всех наверх. И действительно, было на что посмотреть: вся набережная светилась в огнях, по узким улочкам туда-сюда ездили машины, отдыхающих было много. Климат Сочи сильно отличается от Одесского. Разница температур в среднем 10°С, да и вода здесь теплее на 8-9°С. Заканчивался бархатный сезон. Солнце было слабеньким, ночи длинные, а дни становились всё короче и короче. Осень.
– Ну, что, парни, на бильярд? – спросил Семен и в ответ увидел дружное кивание всей компании.
– А как же я? – спросил Монзиков.
– А что ты? Ты тоже идешь с нами на бильярд, – уверенно ответил Семен.
– Так мы же сюда приехали по моему делу? – недоумевал Монзиков.
– А ты что ночью будешь свой паспорт выцыганивать, да? – с издевкой спросил Монзиков.
– Я не знаю, – понурив голову, ответил адвокат.
– Ну, а если ты такой умный, то делай тогда то, что тебе говорят. Понял? – Семен начинал злиться.
– Понять то я понял, только смотри у меня, как бы потом ты у меня в ногах не валялся. Понимаешь мою мысль, а? – несколько угрожающе заметил Монзиков.
– А ты не быкуй тут! Понял? – Семен подошёл вплотную к адвокату и вупор посмотрел ему в глаза.
Монзиков, скорее инстинктивно, нежели осознанно, вдруг с силой ткнул Семена в солнечное сплетение. Удар был еле заметным, поскольку Семен заслонял собою правую руку адвоката. Этого никто не ожидал, даже сам Монзиков. Точность и сила удара должны были вызвать настоящее восхищение у настоящих ценителей боевых искусств, но таковых на «Чемпионе», увы, не было.
Семен стоял с выпученными глазами и раскрытым ртом, словно рыба, глотающая с жадностью воздух, секунд 10, а затем рухнул как подкошенный вниз. Монзиков внимательно вглядывался в лица одесситов, опасаясь в душе проявления ярости и безрассудства с их стороны. Но все страхи были напрасны. Сами одесситы теперь боялись тщедушного на вид и крайне опасного на деле адвоката Монзикова. Лишь через 5 минут Семен встал на ноги и держась правой рукой за область солнечного сплетения подошел к Монзикову.
– Ладно, адвокат, чёрт с тобой. Хочешь ехать сейчас, поехали сейчас, только не надо больше на меня давить. Ладно? – Семену было по-настоящему больно и крайне неловко от того, что он – одесский кичман, держатель сети кабаков и магазинов Пересы и Молдованки, оказался подмятым странным на вид адвокатом, которого полностью и во всём поддерживала питерская братва.
– Кто со мной поедет, а? – спросил Монзиков у Семена.
– Так, значит, поедут Микола и… я, – Семен решил Гриню и остальных с собой не брать.
Сойдя на берег, компания разделилась на две группы, одна из которых пошла искать приключений в бильярдной, а другая поехала в санаторий «Волна».
В санаторий приехали на такси за 40 минут. Точнее, 20 минут ловили машину и ещё 20 минут летели, словно угорелые, по извилистой кавказской дороге. Семен то и дело спрашивал Монзикова о расположении корпусов, о том, где находился его номер, о месте расположения охраны и т. д. и т. п.
В номере Монзикова, разумеется, жили другие люди. А вещи были сданы в камеру хранения.
