— Там, где Полетаев, ничего случайного быть не может, — упрямо возразила Даша. — ...Или он догадался об этом, увидев кольцо?..
— Какое кольцо? — тихо спросила Лия.
— Не важно. Так. И что же нам с тобой делать?
— Только не звоните в полицию! — Девушка снова начала хныкать. — Я ведь ее защищала. Я с самого начала, как только он мне предложил ее убить, сразу же решила — доберусь до Москвы, все ей расскажу.
— Ладно, не ной... Завтра отправим тебя домой, билет мы тебе купим.
— Да не нужен мне билет! Я не могу вернуться домой, меня брат убьет. Теперь он не сможет получить свои деньги.
— Ты хотела сказать — ее деньги. — Даша показала на Рону.
— Но он-то считает их уже своими.
— Ну, знаешь! Менделеев тоже ошибался.
— При чем здесь Менделеев? — спросила Лия.
— А при чем здесь твой брат?
— Прости, а в чем ошибался Менделеев? — вдруг поинтересовалась Рогнеда.
Даша озадаченно обернулась в ее сторону.
— В чем-нибудь да ошибался. Точно не помню, но кажется, что-то там с водкой.
— Водка ему приснилась.
— Менделееву снилась водка? — удивилась Лия. — Странно, я думала, что он ученый.
— Он и был ученым, — рассердилась Даша, которая никак не могла взять в толк, почему они разговаривают о Менделееве. — И снилась ему не водка, а таблица Менделеева.
— Менделееву снилась таблица Менделеева? — Лия явно заинтересовалась данной темой. — Какое странное совпадение.
— Боже, ну какое совпадение! — Рыжеволосый детектив решил покончить с химией раз и навсегда. — Менделеев был ученым, химиком, во сне ему приснилась периодическая система, названная потом его именем. Что касается водки, то он установил, что она должна быть крепостью сорок процентов...
— Градусов, — поправила Рогнеда.
— Процентов. Сорок процентов содержания чистого спирта.
— А еще у него что-то было с Блоком, — неожиданно заявила Лия. — Я в школе краем уха слышала.
— С Блоком у него ничего не было. Это у Блока было с его дочерью. Кстати, кто мне ответит, почему мы тут говорим о Менделееве? — рассеянно спросила Даша.
— Так ты же первая начала, — сказала Рона.
Даша прикрыла глаза, сжала кулаки и досчитала до трех. На большее терпения не хватило.
— Я начала, я и закончу. Так на чем мы остановились?
— Что ее брат ошибался, так же как Менделеев, — тут же напомнила Лия.
— Если в этом доме еще кто-нибудь произнесет это имя, я его убью, — прорычала рыжеволосая. — Речь идет о том, что твой брат ошибается, считая ее деньги своими.
— А может быть, мы все-таки как-нибудь договоримся? — с надеждой проговорила литовка.
Даша и Рогнеда удивленно взглянула на нее.
— О чем?
— Но ведь я спасла ей жизнь... Может, за это?
— Не может! — возмутилась Даша. — Это ее деньги! Как только у тебя хватает нахальства что-то с нее требовать! С человека, у которого ни матери, ни отца, ни единой родной души на белом свете не осталось.
— Но меня брат убьет, —- снова заныла литовка.
— Значит, он хреновый брат. Он тебя толкает на уголовное преступление. Ты сама-то хоть понимаешь?
— Какое преступление?
Даша принялась загибать пальцы:
— Подделка документов, попытка незаконного получения наследства, помощь в организации побега и укрывательство преступника...
Лия встрепенулась:
— Пабло не преступник. Я не знаю, совершал ли он какие-нибудь другие преступления, но музей он не грабил.
— Конечно, не преступник, он просто уговаривал тебя совершить убийство! Впрочем, какая разница, он все равно уже мертв.
Лия вздрогнула, как от удара.
— Зачем ты мне об этом напоминаешь!
Даша покрутила пальцем у виска:
— Ты всерьез полагаешь, что об этом досадном инциденте можно уже забыть?
— Ну хорошо, а что же мне делать? Вашу полицию я боюсь, лучше сразу удавиться.
— Мы можем свидетельствовать, что ты всего лишь защищалась.
— А смысл? Что изменится от того, что меня будут судить и оправдают? Кому это надо?
— Прежде всего тебе, чтобы не ждать всю жизнь, что за тобой придут...
— Ой, стану я всякой ерунды бояться! — Литовка рассмеялась. — Кто меня с ним свяжет? Он сбежал из тюрьмы, мало ли какие знакомые у него могли быть в России.
Даша посматривала на девушку с опасением, уж больно легко она и ее родственники обходились с законом.
— Хорошо, а что ты хочешь? Зачем ты сюда пришла?
— А мне больше некуда идти. Домой нельзя — брат убьет. Он такую операцию разработал, столько денег потратил, и все без толку.
— Ну а мы-то тут при чем? — Даша удивлялась ее нахальству все больше и больше. — Это ваши проблемы.
— Ну может, все-таки она отдаст часть наследства?
— Да с какой стати! — разозлилась не на шутку Даша. — Ты какая-то ненормальная.
Литовка обиженно надула губы:
— Но ведь если бы не я, Пабло бы ее убил.
— А ведь это правда, — заметила Рогнеда.
— Прекрати говорить глупости! — шикнула на нее Даша. — Получается, ты должна быть ей благодарна за то, что она тебя не зарезала и не ограбила?
— Я не собиралась ее резать! — запротестовала Лия. — Я собиралась все рассказать и получить за это награду.
— Но грабить-то, грабить собиралась?
— Во-первых, не я, а во-вторых...
— Во-вторых, достаточно, — отрезала Даша. — Милая, иди, куда шла, у нас, честное слово, и без тебя проблем больше чем достаточно.
