Костас мрачно кивнул. Погибших провожали каждый вечер: покойников было слишком много, чтобы городского озера хватило для общей церемонии. И сегодня настала очередь Ароры прощаться. Состояние идиллийки не улучшилось, и Костас боялся, что она решит «уйти», как это делали многие, потерявшие членов семьи. Боялся, но сделать ничего не мог.
Грэм, поняв состояние китежца, деликатно умолк. Так, в молчании, они и дошли до круглосуточной булочной напротив комендатуры.
На открытой веранде за столиками сидели несколько солдат и офицеров отдыхающей смены. Люди неторопливо воздавали должное труду пекарей, наслаждаясь последними минутами покоя перед выходом на маршрут. Поздоровавшись, Костас уселся за свободный столик, дожидаясь ушедшего к витрине Нэйва.
Мысли у китежца были кислые, как зелёный акадийский лайм. Зару требовалось возвращать к жизни, но как это сделать, Костас не знал. Видеть его Арора не желала, и Рам прекрасно понимал почему. Но, по крайней мере, хоть одно её желание сбудется: в скором времени никого из союзовцев на Идиллии не останется.
— Кофе, — отвлёк его от размышлений Грэм, ставя на стол чашку кофе и плетёнку со свежими булочками.
Сам капитан ограничился стаканом молока и знакомой термокоробкой.
— Круассаны? — лениво полюбопытствовал Костас, показывая на упаковку.
— Ну да, — немного смутился Нэйв. — Дане к кофе, как проснётся….
Костас едва заметно улыбнулся: даже в такой ситуации, когда от дел голова трещит, контрразведчик не забыл о Ракше.
— Твой проглот истерику не устроит, если тебя рядом не обнаружит? — полюбопытствовал Рам.
— Блайз? Не, он Дану хорошо воспринимает, — Грэм улыбнулся. — Вон, даже дрыхнуть к ней перебрался — со мной в кресле ему показалось неудобно.
Костас угукнул. Разговор не помогал отвлечься от поганых мыслей: Костас, едва не потерявший дочь из-за Шеридана, теперь неизбежно лишится её в грядущей битве. Ну а Зара сама наложит на себя руки в ближайшие часы, если он ничего не предпримет.
Рам вцепился зубами в булочку, не чувствуя вкуса. Несмотря на то, что его знакомство с Аророй не продлилось и месяца, идиллийка успела стать дорогим для китежца человеком. И Рам очень хотел помочь ей вернуться к жизни. Он даже подумывал просто поехать на похороны и не позволить идиллийке принять смертельный препарат. В конце-концов он может арестовать её и запереть в доме, пока та не придёт в себя.
Так себе план, если вспомнить, как быстро идиллийцы погибают в неволе без всяких видимых причин.
— Может, ответите? — отвлёк Костаса от мыслей голос контрразведчика.
Нэйв кивнул на шлем Костаса, висящий у того на поясе. Рам заторможено перевёл взгляд и лишь тогда сообразил, что звук, который он слышит уже несколько секунд, — это вызов комма.
Костас неохотно выловил в подсумке гарнитуру и нацепил на ухо, даже не глянув, кто его вызывает.
— Полковник Рам, слушаю, — сухо сказал он.
— Генерал-полковник Брэгг, — услышал он голос командующего Корпусом. — Полковник, достигнута договорённость о гуманитарном коридоре для гражданских. Перемирие продлится четверо суток. Приказываю: разработать план выхода населения, находящегося в вашей зоне ответственности, к двадцати двум часам сегодняшнего дня и предоставить в штаб Корпуса. Вывод начать не позднее шести утра завтрашнего дня, исключительно поездами. И чтобы к окончанию перемирия ни единого штатского и духу не было. Ясно?
— Так точно, сэр! — Костас почувствовал, как с его души падает валун размером с высочайшую гору Китежа. — Разрешите выполнять?
— Действуйте, — командующий отключился.
Впервые за прошедшие сутки на лице полковника появилась искренняя улыбка. И дело было не только в том, что проблема с мирняком разрешилась самым лучшим образом. У Костаса появился шанс вернуть Ароре цель в жизни.
Планета Идиллия. Город Зелар
До сего дня Рам считал самым лихим и безумным водителем свою приёмную дочь, но неожиданно узнал, что капитан Нэйв в этом как минимум не уступает Дане.
Капитан вёл так, словно стремился получить золотую медаль в гонках по пересечённой местности. Наконец, заложив очередной вираж, броневик с хрустом смял кустарник и выехал на берег озера.
Бросив взгляд на карту с зеленеющей отметкой «браслета гражданина» Зары, Грэм вновь втопил педаль газа и включил сирену, распугивая горожан. Броневик ухнул в воду и шустро поплыл к противоположному берегу.
Выбравшись на сушу, Нэйв сбросил скорость и уже нормально приблизился к ряду плотов, у одного из которых стояла Зара.
Костас хлопнул по замку пристежных ремней и выпрыгнул из машины. Под ногами хрустнула галька, и этот звук показался оглушительным в звенящей тишине.
— Мэм… — начал было Костас и осёкся, увидев в пальцах Ароры невзрачный серый контейнер с открытой крышкой.
Сердце рухнуло в пятки. Неужели опоздал? Нет, в контейнере гнездо всего под одну таблетку, и та всё ещё на месте.
Полный нездешнего покоя взгляд идиллийки обратился к нему.
— Прощай, Костас, — впервые за время знакомства Арора обратилась к нему по имени. — Может, мы встретимся в новом рождении. В мире без войны.
