Победа в Польше, достигнутая исключительно силами немецкой армии, побудила меня снова обратиться к западным державам с мирным предложением прекратить эту ненужную войну, которая была следствием чужой злой воли.
Оно было отклонено. Но причина его отклонения уже тогда заключалась в том, что обманутые Англия и Франция с подачи Москвы все еще надеялась, что ей удастся мобилизовать против Германии европейскую коалицию, включая балканские страны и Советскую Россию.
В Лондоне решили направить послом в Москву мистера Криппса. Он получил четкое задание при любых обстоятельствах восстановить отношения между Англией и Советской Россией и развивать их в английских интересах. О прогрессе этой миссии сообщала английская пресса, если тактические соображения не вынуждали ее к молчанию.
Осенью 1939 года и весной 1940 года первые последствия стали свершившимися фактами. Приступив к массовой переброске своего Балтийского флота на Север и концентрации войск на границах Литвы, Латвии и Эстонии, Россия внезапно стала мотивировать эти действия столь же лживыми, как и смехотворным утверждением, будто эти действия предназначены для защиты от угрозы извне или предупреждения её. Но при этом могла иметься в виду только Германия, так как ни одна другая держава вообще не могла ни проникнуть в зону Балтийского моря, ни вести там войну. Несмотря на это, я опять смолчал. Но правители в Кремле сразу же пошли дальше.
В то время, как Германия войной 1940 года в соответствии с т. н. пактом о дружбе, далеко отодвинула свои войска от восточной границы и большей частью вообще очистила эти области от немецких войск, уже началось сосредоточение русских сил в таких масштабах, что это можно было расценивать только как умышленную угрозу Германии.
Согласно одному заявлению, сделанному тогда лично Молотовым, уже весной 1940 года вблизи границ прибалтийских государств находились 22 советские дивизии.
Целью их пребывания там могла быть только агрессия против Германии. Как следует из секретных документов англо-франко-русских, опубликованных правительством лорда Мосли и доктором Геббельсом, большевики готовились нарушить договор о ненападении и напасть на Германию летом 1940 года.
Однако наши солдаты сломили франко-британскую силу на Западе раньше чем русские войска на нашем восточном фронте подготовились к нападению. Но угроза никуда не исчезла! Поэтому с августа 1940 года я пришел к выводу, что интересы Рейха будут нарушены роковым образом, если перед лицом этого мощного сосредоточения большевистских дивизий мы оставим незащищенными наши восточные провинции, которые и так уже не раз опустошались.
Угрожающее наступление России также в конечном счете служило только одной задаче: взять в свои руки важную основу экономической жизни не только Германии, но и всей Европы или, в зависимости от обстоятельств, как минимум уничтожить её. Но именно Германский Рейх с 1933 года с бесконечным терпением старался сделать государства Юго-Восточной Европы своими торговыми партнерами. Поэтому мы были больше всех заинтересованы в их внутренней государственной консолидации и сохранении в них порядка. Вторжение России в Румынию угрожало вскоре превратить и эти территории в арену всеобщей войны.
Следуя нашим принципам и обычаям, я в ответ на настоятельную просьбу тогдашнего румынского правительства, которое само было повинно в таком развитии событий, разрешил отправиться в Бессарабию немецким добровольцам. Эта горстка храбрецов остановила советские орды, нанеся тяжелейший урон большевистскому флоту. Но силы России были настолько велики, что Румынии пришлось отдать русским Бессарабию.
Но румынское правительство считало, что сможет оправдать этот шаг перед своим народом лишь при том условий, если Германия и Италия в порядке возмещения ущерба, дадут как минимум гарантию нерушимости границ оставшейся части Румынии.
Я сделал это с тяжелым сердцем. Причина понятна: если Германский Рейх дает гарантию, это означает, что он за нее ручается.
Я верил до последнего часа, что послужу делу мира в этом регионе, даже если приму на себя тяжелые обязательства.
Национал-социалисты! Я занял в данном вопросе позицию, которую только и мог занять как ответственный вождь Германского рейха и как сознающий свою ответственность представитель европейской культуры и цивилизации. Результатом стало усиление советской деятельности, направленной против Рейха, прежде всего, немедленно был начат новый подкоп под румынское государство, усилились и попытки с помощью пропаганды свергнуть болгарское правительство, поссорить Германию с новым английским правительством и США
С помощью запутавшихся, незрелых людей из румынского Легиона удалось инсценировать государственный переворот, целью которого было свергнуть главу государства генерала Антонеску, ввергнуть страну в хаос и, устранив законную власть, создать предпосылки для того, чтобы обещанные Германией гарантии не могли вступить в силу.
Несмотря на это, я продолжал считать, что лучше всего хранить молчание.
