Не это ли счастье, знать, что тот, о ком ты грезишь ночами, о ком думаешь днем, о ком мечтаешь в тайне от всех, тоже грезит о тебе, думает, мечтает? Не это ли счастье, когда ваши дыхания сплетаются, когда ваши сердца стремятся навстречу друг другу с каждым новым ударом? Не это ли счастье, когда во всем мире есть только вы двое, и даже время замедляет свой бег, чтобы дать вам насладиться друг другом? И так хочется, чтобы это единение никогда не заканчивалось.
Он гладил мои волосы, едва касаясь их губами, а я прижималась к нему, стремясь врасти в его тело, чтобы уже никогда не расстаться.
— Не хочу отпускать тебя, совсем не хочу, — шепчет мне мой возлюбленный. — Хочу забрать с собой, прямо сейчас, спрятать от всех мое сокровище. Беречь, охранять, наслаждаться твоей близостью.
— Это называется брак, — тихо смеюсь я в ответ.
— Да, — я знаю, что он улыбается. — Ты бы согласилась?
— С тобой хоть на край света, — и он чувствует, что это правда, но что-то прячется в его голосе.
Сомнение? Нет, он уверен в том, что говорит, но все равно что-то он не договаривает.
— Лин, — беру его лицо в ладони и целую, едва касаясь губами. — что с тобой, мой Лин? Ты грустишь о чем-то.
— Я боюсь, — наконец, произносит он.
— Чего? — но я, кажется, уже знаю ответ, спасибо моему наставнику.
— Я боюсь причинить тебе зло. Ты спрашивала, почему я раньше не написал тебе. Я боролся с собой, пытался искоренить это чувство к тебе. Никогда не думал, что можно полюбить практически с первой минуты, когда видишь еще чужую и незнакомую женщину. Всего один взгляд и дороже и желаннее ее уже нет. Но я так опасен для тебя, моя нежная Дэла. Ты ведь мало, что знаешь о нас.
— Я знаю достаточно. — есть у меня один желтоглазый просветитель. — Я знаю о том, что браки с другими расами у вас запрещены, и знаю почему.
— Но ты все равно пришла…
— Потому что ты мое наваждение…
— Ты мое наваждение, моя отважная Дэл, — и он снова целует меня, он счастлив, но все равно сомневается, я чувствую все это в его поцелуе.
Ну и что, и пусть, у нас еще столько времени… Время… Неумолимое жестокое время, мне пора возвращаться, но так сложно даже открыть рот, чтобы сказать об этом. Лин первый находит на это силы.
— Нам надо идти, — но только крепче прижимает меня к себе. — Тебе надо хоть немного поспать.
— Ты уедешь?
— Да, как только провожу тебя, но я буду тебе писать, каждый день.
— Обещаешь?
— Да.
— Пошли?
— Да, только вот еще мгновение и еще…
Наконец, снимает меня с изогнутого ствола и несет на руках, не опуская на землю. А я продолжаю обнимать его и думаю, за что мне это счастье? Периодически мы целуемся, и он идет дальше. Завтра я буду думать только о нем и больше не позволю наставнику прикоснуться ко мне, пусть ищет другую жертву для своих игр и издевок.
Мы дошли до школы, точней, дошел Лин, а я так и осталась у него на руках. Какой он сильный, мой Лин. Только перед стеной он поставил меня на землю, но не отпустил, задержав в объятьях еще ненадолго.
— Уходи первый, — попросила я. — Иначе я не смогу.
— Думаешь, я могу? — теперь я вижу его улыбку, сюда доходит свет от фонаря.
— Ты первый, — я упряма, и он еще это просто не знает. — Пожалуйста.
— Я попробую.
Лин целует меня, потом отходит, не отрывая взгляда. Так и пятится, пока тьма не поглощает его. И там он тоже пятится, я знаю, потому что все еще чувствую его взгляд. И вдруг ощущаю каждой клеточкой своего тела- ушел. Тут же резко наваливается одиночество и усталость, будто притаившиеся голодные звери.
— Быс-стро с-сюда, — я даже подпрыгнула от неожиданности.
Обернулась и застыла, за моей спиной открыт портал, и оттуда на меня смотрит… Вы знаете как выглядит сама ярость? А я теперь знаю, она имеет одно лицо с моим наставником, и у нее глаза похожие цветом на мед. Ярость не стала ждать, когда я очнусь и смогу двигаться, она сама меня втащила в портал.
Мы стоим в нашей с Линкой комнате. Дайанар смотрит на меня ТАК… Кажется, он готов ударить меня. И откуда этот желтоглазый проныра узнал?
— Н-наставник, — еле выдавила я, потому что мне страшно!
— Молчи, — что с его голосом? Он такой глухой и даже дрожит немного.
— Дайанар… — мой голос срывается.
— Сейчас молчи, — все так же глухо говорит он, а я вижу, как сильно он стиснул кулаки. Наконец, выдохнул и спросил. — Долго ты еще будешь надо мной издеваться?
Что?! Я над ним? Это я над ним издеваюсь? Не он надо мной, а я над ним?!
— Наставник Гри…
— Заткнись, — равкнул так, что я вздрогнула. Потом взял себя в руки. — Ложись спать. Утром как обычно, потом пойдем в город. Приготовь платье. Все. Спокойной ночи, адепт Брайтис. — отвернулся, но тут же опять повернулся, опять посмотрел странным взглядом. — Он не для тебя, Дэл, ты это поймешь. Еще поймешь.
И исчез в портале, оставив меня в странном состоянии с чувством вины, перед ним.
