— Я выросла в семье фермера, — пояснила девушка. — У нас в Эстонии каждый второй сельским хозяйством занимается. В деревнях такие вкусные колбаски делают! А сыры… И никакой химии! Всё своё — натуральное! Между прочим, до девятнадцатого века эстонцы называли себя «maarahvas», что буквально значит — «народ земли», то есть занимающийся земледелием. — Она взяла в руки банку с молоком и зачем-то слегка потрясла в руках. — Когда я совсем маленькая была — ещё при Советском Союзе — меня бабушка молоком умывала. Помню…
— При каком «Советском Союзе»? — удивилась Зинка. — Если тебе должно исполниться двадцать лет…
— Да что вы, Зина! Мне гораздо больше тридцати.
— Как?! — Зинка не поверила услышанному.
— Умение изменять имидж, подражать — тоже входит в мои обязанности, — спокойно пояснила Холм.
Зинка присмотрелась повнимательнее… Нет, ничего не выдаёт в Элен её возраста. Идеальная гладкая кожа, густые тёмные волосы, длинные стройные ноги… Двадцать. Ну, двадцать с небольшим…
— Это потому, что я всегда улыбаюсь и делаю удивлённое лицо. Возраст выдают настроение, одежда, походка, состояние волос…
— Наверное, ты права, — согласилась Зиночка. — Но я бы ещё сюда добавила и энергию. У молодых совсем другая энергетика. Как это объяснить? Она ещё фонтанирует, то есть бьёт наружу. А с годами люди опустошаются, им уже нечем «орошать» всё вокруг, и как бы они ни выглядели, и как бы ни наряжались… Бесполезно! Пусто…
— В общем и целом — да, — кивнула Элен. — И у меня есть собственная гипотеза, почему так происходит.
Не прерывая разговора, девушки уселись за стол и принялись трапезничать дарами загорских родственников.
— Рассказывай свою гипотезу! — попросила Зинка с набитым ртом.
— Гипотеза гипотезой, — улыбнулась Элен, — но ты, Зинаида Львовна, мечи пореже!
С этими словами она властно отобрала у Зинки ломоть ноздреватого хлеба и, ловко порезав малосольный огурец на пятаки, положила сверху каждого по кругляшку колбаски.
— Такие бутерброды гораздо полезней!
Зинуля не обиделась и беспрекословно подчинилась опытному «диетологу».
— Так вот, моя гипотеза… Когда человек приходит в этот мир, то он активно постигает новые знания, получает постоянную информацию: как ходить, как говорить. Учат в садике, в школе, в вузе… Человек постоянно получает знания. «Знание — сила», слышала, наверное?
— Утверждение Фрэнсиса Бэкона, философа и материалиста, конец шестнадцатого — начало семнадцатого веков, — на автопилоте вставила Зинаида.
— Верно! Так вот, греческое слово «энергия» и переводится как «сила», «мощь», «действие»… Получается, чем активней человек учится — тем больше в нём энергии. К сожалению, с возрастом многие считают, что уже всё постигли, и перестают учиться. С этого момента они начинают активно стареть. Они перестают генерировать и выплёскивать наружу энергию, которая притягивает к ним окружающих; они, наоборот, начинают «вампирить»… При этом внешне всё может обстоять вполне себе чинно-благородно. Но, к счастью, есть исключения: люди, которые и в преклонном возрасте постоянно втянуты в процесс изучения. Они и выглядят по-другому, и к ним тянет… Главное — не превращать жизнь в вечный «день сурка». Цели должны меняться и усложняться… Главное — не заскучать.
— А что, по-твоему, скука?
— Отсутствие очередной цели.
— Интересно… — протянула Зиночка. — Мой бодигард — философ!
Элен смутилась.
— Смеёшься?
— Нет, просто на самом деле каждый человек в той или иной степени думает об этом… И потом, цели у всех разные.
— Конечно разные… Но тут уже, как говорится, кто на что учился…
Внезапно Элен соскочила с места и, прижавшись к стене, приложила палец к губам. Зинка прислушалась, но снаружи было тихо.
Неожиданно зазвонил телефон, тот, который был подарен в Загорске. Звонили с неизвестного номера. Зинка отключила звук и, держа аппарат в руке, показала дисплей притаившейся Холм. Та отрицательно покачала головой.
Было такое впечатление, что звонивший решил взять их измором. Экран светился, а аппарат вибрировал больше минуты. Когда звонок прекратился, Элен, словно кошка, бесшумно рванула на второй этаж, приказав Зиночке оставаться на месте. Вернувшись, она снова села к столу, около стены, но так, чтобы из окна её не было видно.
— Отбой, — тихо произнесла она. — Я с чердака посмотрела, вокруг никого. Интересно, кто названивал? Сейчас узнаем…
— Думаю, случайность, — успокоила Зинка.
— Случайность? С чего вдруг?
— Ну как же: вероятность любой случайности всегда выше ноля… — Зинаида уже хотела было развить мысль и дальше, но увидела, что лицо Элен, говорящей с кем-то по телефону, застыло в напряжении, и замолчала.
— Звонили со стационарного телефона в Озёрном. Набирай родственникам, спроси, мол, интересовался ли кто-нибудь твоим номером?
Зинуля набрала Загорск. У невестки, взявшей трубку, даже ничего и спрашивать не пришлось:
