— Вы меня, ради бога, извините, могу я вас попросить отложить всю эту красоту буквально на пару недель? Обязуюсь выкупить. Я вам свой номер телефона оставлю, — она придала голосу непринуждённый тон.
Было видно, что хозяйка от предложения не в восторге.
— Знаете, — её голос прозвучал неуверенно, — мы никогда не практиковали такого. Тем более две недели…
— Гонорар, я получу гонорар! — просила Зиночка.
— Залог оставите?
— Конечно, конечно! Сколько?
— Ну… хоть процентов тридцать. Санечка, посчитай тридцать процентов от четырёх платьев.
Муж, годившийся в сыновья, взял калькулятор, принёс папку с накладными, подозвал жену, и они о чём-то пошептались, тыча ручкой в цифры на бумаге.
— Получается сто восемнадцать шестьсот. Давайте уж для ровного счёта сто двадцать и телефончик. Ну и сами понимаете, товар отдадим сразу, когда состоится полный расчёт.
— Сто двадцать долларов? — радостно спросила Зинка. — Возьмите рублями по удобному для вас курсу, хоть по семьдесят.
Супруги переглянулись.
— Почему «долларов»? Рублей! Сто двадцать тысяч рублей! Общая стоимость вашей покупки — триста девяносто пять тысяч триста рублей. Эти платья из коллекции модного дома… — она продолжала что-то говорить, но Зиночка уже ничего не слышала…
«Какая же я дура!.. Нищая, сумасбродная дура! Прочитала пять страниц из интернета, положила в кошелёк тридцать тысяч рублей и отправилась выбирать себе что-нибудь из последней экспозиции… Стыдно-то как, господи! — Больше всего хотелось выбежать в дверь и драпать отсюда до самого Озёрного. — Мы с мамой две квартиры продали, в кредит влезли, чтобы коттедж за шесть миллионов построить… А тут… четыреста тысяч за тряпочки?!»
Видимо, вся гамма чувств — от стыда до ненависти — отразилась на её лице.
Молодой муж нарушил тишину:
— Давайте поступим следующим образом. До конца завтрашнего дня платья полежат на складе абсолютно бесплатно. Если вы надумаете — милости просим, договор в силе. А нет так нет. — Он внимательно посмотрел на покупательницу.
— Я поняла. Спасибо, — осипшим голосом проскрипела Зина и торопливо покинула магазин.
Не оборачиваясь и ускоряя шаг, она не заметила, как дошла до конца улицы. Опомнившись, что рискует остаться без обновки, наудачу потянула на себя дверь, ведущую в последний угловой магазинчик.
Войдя внутрь, Зиночка оказалась в малюсенькой душной комнате с развешанной от пола до потолка в несколько слоёв женской одеждой. Поздоровавшись, поинтересовалась у продавщицы, в каком ценовом диапазоне представлен товар. Тётенька явно растерялась.
— В какую цену платья? — переформулировала вопрос Зина.
— На тебя, что ли? — бесцеремонно поинтересовалась торговка. — Смотря какие… Есть дешёвенькие — по тысяче, а есть и дорогущие — до десятки… Вот с это стороны смотри, тут много чего на тебя. — Она указала рукой на центр стены.
Запах от товара шёл не очень приятный. Некоторые вещи вытянулись и запылились от долгого пребывания на плечиках. Прокопошившись некоторое время в указанном месте, Зина извлекла на божий свет симпатичное платье с асимметричной юбкой из гипюра.
— Неужели носить будешь? — поинтересовалась продавщица. — У меня в семьдесят девятом на свадьбе капроновое платье было. Только не жёлтое, а белое…
— Это не капрон, а гипюр. И не жёлтое, а горчичное — цвет, который в этом году снова в тре… — Зина прикусила язык.
— А видала, подол неровный? — не унималась тётка.
— Фасон маллет…
— Я их называю кривыми… С тебя пять восемьсот.
Зинаида облегчённо вздохнула и на радостях купила для Динки чудную трикотажную блузочку.
Вечером она в подробностях рассказала Михаилу о прошедшем шопинге.
— Так что жена я буду малобюджетная, считай за сегодняшний день триста девяносто тысяч сэкономила!
— Убиться веником! — подытожил подполковник. — Почку продать, и то не хватит… — Потом посерьёзнел и перевёл разговор в другое русло: — Ты, Кудряшка, лучше скажи, уверена, что в городе внучка Тусевича встречалась с Марьяной?
— Насчёт Идочки — не знаю… Наверное, и вправду обозналась. Но то, что там была Марьяна, это сто процентов.
— Кошка скребёт на свой хребет, — задумавшись, пробормотал подполковник.
— Миш, а я тут кусочек золота нашла, — непроизвольно ляпнула Зинка и, достав из серванта слиточек, протянула полицейскому. — Это точно не моё. Думаю, не зря куличи ломали.
— Интересный поворот… Улику я забираю, а вас, гражданка, придётся всю ночь допрашивать по всей строгости закона.
— Всю ночь… Я согласна… — промурлыкала Зинаида и поцеловала жениха.
Несмотря на то, что Первое мая был выходным днём, он с самого утра выдался суматошным. Миша отвёз Зинаиду к себе, а сам отправился на работу, велев девочкам собираться на концерт и ждать его к обеду.
Сначала Зинаида погладила и развешала на плечиках их с Динкой наряды, предназначавшиеся для торжественного выхода в свет. Затем, расположившись на маленькой кухне, решила заняться готовкой.
