После того как лютый пёс был заперт за оградой рядом с дверью в сарай — куда, во время съёмки, Анна и Амина таскали тяжёлые вёдра, — калитка отворилась полностью.
А Пётр Ильич, насмешливо разглядывая Князеву своими необыкновенно синими глазами, склонился в шутовском поклоне.
— Милости прошу, проходите.
Во дворе не было ни души. Как ни странно, но дверь в сарай оказалась распахнутой, и, заметив любопытный взгляд гостьи, Лыков пояснил:
— Кур держим.
— Знаю, — с готовностью отозвалась Зиночка. — Покупала вашу продукцию на ярмарке у Амины, очень много интересного узнала. Амина — такая молодчина! — целую лекцию покупателям прочитала. Народ удивлялся: «Как так, совсем недавно Лыковы хозяйством обзавелись и уже торгуют!» Все хотели именно «лыковских яиц» прикупить. Повезло вам с девушкой! А можно на кур взглянуть?
Выслушав длинную тираду о спросе на его яичную продукцию, Лыков слегка изменился в лице, казалось, он соображает: как вести себя дальше и что говорить.
— Извините — что? — рассеянно пробормотал Пётр Ильич.
— Кур посмотреть можно? — повторила вопрос Зиночка.
— Да, загляните снаружи. Посторонним внутрь входить нельзя. Можно птицу заразить.
Зинуля засунула голову в птичник.
По обе стороны от неё стояли аккуратные клетки в три яруса, между ними уходила вглубь помещения и терялась в темноте мощёная дорожка. Несушки громко раскудахтались.
— Пойдёмте, — Лыков закрыл дверь и указал Зинаиде на крыльцо.
В просторной, более чем скромной гостиной Анна накрыла стол к чаю. Двери в остальные комнаты были широко распахнуты, словно предлагая Князевой убедиться, что здесь, кроме них, никого нет.
— Помнишь, Анна, девушку, которую мы брали на ярмарке торговать? — как бы между прочим спросил Лыков у женщины.
Она, словно припоминая, неопределённо кивнула головой.
— Представляешь, в деревне решили, что она у нас проживает! Анна молча разлила чай по кружкам.
— Ну… Так что там у вас к этой девушке?
Зиночка убедительно рассказала заготовленную легенду и протянула письмо хозяину.
Лыков просмотрел документ очень внимательно, после чего передал бумагу Анне. Теперь на их лицах одновременно читались и облегчение, и озадаченность.
Зинуля решила идти ва-банк.
— Если вы с ней больше не общаетесь, то можете дать мне её телефон, я сама позвоню или передам номер в колледж, пусть с ней свяжутся. Просто жалко, если такая хорошая студентка без диплома останется, — сердобольно посетовала Князева.
Повисла гнетущая тишина.
— Хорошо, — прервал затянувшееся молчание хозяин. — Передадим. У вас — всё?
Зинаиде ничего не оставалось, как, поблагодарив Лыковых, встать из-за стола и поспешить к выходу.
Оказавшись за ворота, она не могла отвязаться от мысли, что кто-то пристально смотрит ей в спину.
Отойдя на несколько шагов от забора, Зина сделала вид, будто обнаружила на обуви развязавшийся шнурок. Найдя подходящий камень и поставив на него ногу, она развернулась лицом к дому и принялась демонстративно завязывать шёлковую верёвочку, наблюдая из-под кудрей за появившимся на смотровой площадке силуэтом. Управившись, выпрямилась и задрала голову вверх.
Тёмная фигура, наблюдавшая за ней с вышки, моментально присела, спрятавшись за невысокое ограждение.
Зинуля снова двинулась в путь и через пять метров услышала тихий свист из кустов.
— Федя, не смей подходить, за мной наблюдают, — процедила она сквозь зубы.
— Вижу, — отозвался Кольцов и скрылся в гуще деревьев.
— Итак, в доме никого, кроме Лыкова и Анны с девочкой, ты не видела? — вслух размышлял Фёдор.
— Не видела! — подтвердила Зинуля. — И мне показалось, что они специально давали возможность в этом убедиться. Все двери нараспашку. В курятник пустили… Но ведь были же люди — как минимум ещё двое! — которых мы засняли. Прячут? Странно…
— Не переживай! Лыков не глупее нас! Больше чем уверен: он заставит Смагулову проверить подлинность письма. Не сомневаюсь: она будет в колледж звонить. Я сейчас Молину звякну, чтобы прослушку на приёмную Зиминой поставил. Там на каникулах больше ни один телефон не отвечает, так что вычислим твою Амину. Сейчас душ приму и на скайп Молину с твоего ноутбука брякну!
Зинаида поднялась наверх, чтобы застелить для Фёдора тахту в кабинете.
Она слышала, как Кольцов беседовал с Иваном, отчитывался за день и интересовался встречей с травником из эзотерического салона Изольды Викторовны.
— Значит, говоришь, что он не при делах, никакого лютика в отвар не подмешивал? А ему верить можно? С детства дружат? Хозяйку не подведёт? Ну… Понятно, понятно… Проверишь весь медперсонал… А насчёт самой Изольды? Что ясновидящая наша сказала? На звонки не отвечает? Интересно… Завтра с утра навестим! Она рядом с Зиной в Озёрном лето проводит! Не говори, тесен мир! Вань! Вань, ты меня слышишь? Что-то связь пропадать стала, перезвони…
Сначала послышался булькающий звук отключения, а затем снова раздалась громкая требовательная трель.
— Завтра пересечёмся! — прокричал Фёдор. — Сейчас мы с Зиной спать укладываемся!
