Можно ли представить более страшный водительский кошмар, чем насмерть сбить случайного пешехода на ночной улице? Оказывается, можно. Особенно если попавшее под колеса существо оказывается жутким монстром и само кидается на незадачливого шофера. И даже внезапное появление команды спасателей приносит лишь временное облегчение. Потому что за оказанную помощь надо платить, а платой становится новая должность, на которой тебя то и дело хотят или убить, или съесть, или заколдовать. И в отставку подать не получается, ведь шефом на этой работе является самый что ни на есть настоящий бог, а до бога, как известно, далеко. Зато до неприятностей очень и очень близко.
Ночь начиналась относительно неплохо. Взять хотя бы то, что горячая вода, которую обещали вырубить еще вчера, даже сейчас – во второй половине следующего дня – продолжала течь из крана. Благодаря этому я почти успел принять душ. Почти, так как в середине процесса коммунальные боги все же выполнили свое обещание, и шампунь пришлось смывать водой не менее холодной, чем та, в которой тонули пассажиры «Титаника».
Потом я разбил любимую чашку. Это также нельзя было считать неудачей. Во-первых, чашка являлась подарком моей бывшей. А если сам брак разбился, то с какой стати должно оставаться целым то, что о нем напоминает? Во-вторых, я как раз успел допить из этой чашки кофе. Согласитесь, собрать несколько осколков с сухого пола гораздо приятнее, чем выуживать их из сладкой ароматной жидкости, которую ты рассчитывал влить в себя, а не размазывать грязной тряпкой по всей кухне.
Наконец, в дополнение ко всем этим относительно мелким радостям, моя машина преподнесла мне более существенный сюрприз – она завелась. В принципе она и так делала это почти каждое утро. Но, как правило, сначала мне приходилось совершать вокруг нее массу ритуальных танцев – от получасового кручения стартера до вскрытия капота с последующим закапыванием бензина непосредственно в камеры карбюратора. В этот раз моя жигулевская недвижимость решила обойтись без предварительных ласк и практически мгновенно огласила двор ревом давным-давно пробитого глушителя. Теоретически его починка стоила не таких уж больших денег. Но однажды предательски сгоревший предохранитель неожиданно лишил меня возможности гудеть пешеходам. Тогда-то и оказалось, что рык смертельно раненного льва, раздающийся из выхлопной трубы моего автомобиля, работает гораздо эффективнее старого доброго клаксона. Заслышав его, с моей дороги разбегались не только двуногие, но и четырехколесные обитатели наших благословенных каменных джунглей, с изрядным опозданием понимая, что их вспугнула не иерихонская труба, а всего-навсего выхлопная.
Поблагодарив жигуль проникновенно ласковыми словами, вроде: «Ну ты даешь!» – я выкатился на улицу. И тут же подобрал первого клиента. Да какого! Мужик торопился в аэропорт. Обожаю подобные маршруты. Я уже давно заметил, что люди, которым предстоит пролететь порядка двух тысяч верст, не особенно торгуются, в какую сумму им обойдется проехать пятьдесят-шестьдесят километров. Тем более, если они торопятся. А мой пассажир не просто торопился. Он опаздывал. Как выяснилось позже, его подвело заказанное такси. Иначе такой пафосный гражданин никогда бы не удостоил поднятием руки видавший виды жигуль. Остановив меня царским жестом, он подозрительно покосился на ржавчину, которая при торможении осыпалась с машины на его штиблеты, и задал весьма двусмысленный в подобной ситуации вопрос:
– До Шереметьево доедем?
– С ветерком! – уверенно ответил я. И не соврал. В окнах жигуля было столько щелей, а в корпусе столько дыр, что ехать на нем без ветерка, завывающего в салоне, было просто невозможно. По свежему воздуху, проникавшему внутрь, моя машинка могла бы запросто считаться почти что кабриолетом. Вскоре пассажир на своей шкуре и остатках прически оценил, что такое прохождение зоны повышенной турбулентности, которая возникает не за бортом самолета, а непосредственно внутри автомобиля. Тем не менее в свой срок он все же оказался в аэропорту, а плата за проезд – в моем бумажнике.
К сожалению, назад пришлось отправиться пустым. Я, конечно, рисковый парень, но не настолько, чтобы пытаться подцепить клиента под носом у шереметьевской таксомоторной мафии. Гораздо разумнее было поскорее вернуться в город и вылавливать на окраинах пассажиров-одиночек, которым настолько надо куда-то ехать, что они готовы добровольно сесть внутрь машины, помечающей пройденный путь гайками так же часто, как Грензель и Гретель хлебными крошками.
