— Да, я поняла. Я не доставлю проблем, — кротко проговорила она, заметив, как из тела мужчины медленно уходит напряжение. Вопрос о матери мальчика, который сам собой возник в её голове, так и остался незаданным. — Спасибо вам за гостеприимство.
Матвей ослабил свой захват, растер девичьи руки, словно извиняясь за проявленную грубость, и отступил чуть в сторону, а затем повернулся к Алене спиной, уперев ладони в края широкой раковины, и понуро повесил голову. В этот момент он выглядел усталым и сломленным.
Алена словно кожей ощущала его раскаяние и неловкость за недавнее поведение, поэтому быстро протиснулась к крану, чтобы поскорее умыться и покинуть комнату, но от чего-то в последний момент её рука сама собой взметнулась к его плечу и нежно погладила напряженные мышцы. Раз. Другой. Матвей был будто каменный.
Почувствовав это прикосновение, мужчина снова непроизвольно задержал дыхание, ощущая как на него нисходит умиротворение и долгожданный покой. Он так давно не чувствовал чьей-то поддержки, так устал быть один, противостоять всему миру… Эта короткая ласка доставила ему странное удовольствие. Оно не имело ничего общего с плотским желанием, скорее с потребностью души в тепле и сочувствии. И ему тут же захотелось схватить Алёну в охапку, прижать к себе, уткнуться в её взлохмаченные волосы, чтобы вдохнуть их будоражащий аромат. Но вот девушка бросила мимолетный взгляд в зеркало и громко рассмеялась, разрушая волшебство этого момента.
— У вас, должно быть, стальные нервы… — смеялась она. — Вы только посмотрите на это! — её рука указывала на отражение: лохматые пряди светлых волос, которым для приличного вида всегда был нужен особо тщательный уход, подтеки туши под глазами, сейчас блестящими от искорок смеха, слегка потрескавшиеся губы. — Как вы могли оставаться серьезным всё это время, глядя на меня, и даже ни разу не улыбнуться?
Матвей перевел на неё пристальный потемневший взгляд, и этот взгляд, пригвоздивший её к месту словно булавка бабочку, сказал больше, чем любые слова. Алена чувствовала как увязает в их глубине, и ей тоже вдруг расхотелось смеяться. Казалось, что даже воздух вокруг сделался жарче и плотнее как перед грозой. Непроизвольно девушка облизала чуть суховатые губы, и Матвей рвано выдохнул, а затем прикрыл глаза.
— Извините меня… Я не должен был срываться… Я подожду снаружи, — наконец, проговорил он и быстро скрылся за дверью.
Оставшись одна, Алена тут же открыла кран с холодной водой и принялась плескать её на горящие щеки, ощущая как капелька пота, выступившая в ложбинке груди под действием манящих синих глаз, медленно скатывается по коже. Соски предательски затвердели, оттягивая мягкую ткань водолазки и кружевного белья. Стоило ей только прикрыть веки, как в голове тут же всплывало лицо Матвея.
— Наваждение какое-то! Я его знаю меньше суток! — прошептала Алена.
До этого момента единственным мужчиной в её жизни был Никита. Они познакомились, когда девушка, ещё студентка магистратуры, проходила преддипломную практику в его банке. Баринов сразу заметил красивую практикантку, которую периодически встречал в разных уголках большого офиса, где она добросовестно выполняла порученные задания. Началась долгая осада. В первое время Алена сторонилась Никиту, он ей казался слишком взрослым и серьезным мужчиной, слишком властным, но постепенно всё же сдалась на его милость, подкупленная оказываемым вниманием и красивыми речами. Любовь не пришла к ней внезапно, а скорее зародилась в душе постепенно и со временем окрепла. И всё же даже рядом с ним девушка не чувствовала такой тяги, такого магнетизма, такой потребности прикоснуться… Матвей словно пробудил в ней что-то, затронул какую-то невидимую струну в её душе, вибрация которой всколыхнула всё внутри.
— У него просто повышенный уровень серотонина… и андростерона… или и то, и другое… вот и весь секрет, — проговорила она.
Алена вышла через пару минут, с лицом ещё влажным от водных процедур, и с наигранным энтузиазмом проговорила:
— Я готова! И страшно голодна! Пойдем?
Они шли из ванной в неловком молчании. Но стоило только девушке снова войти на кухню, как она улыбнулась и направилась к мальчику, который играл с телефоном.
— Привет! Пора нам уже познакомиться. Я Алена, недавняя знакомая твоего отца. Можешь называть меня просто по имени.
— А я — Илья, — ответил мальчик, пожимая протянутую руку — жест, который он явно оценил — и широко улыбаясь. Гаджет тут же был отложен в сторону, и он с любопытством стал рассматривать незнакомку.
— Присаживайся, — он кивнул на соседний стул, — на правах гостьи ты освобождена от необходимости помогать накрывать стол.
— Спасибо, — легко согласилась девушка, решив не навязывать помощь в доме, где царят своя особая атмосфера и правила.
