Зло пришло в магические земли — пришло, дабы покорить их мечом и магией. Пришло, дабы навеки воцарились там силы Мрака. Армии Света собрались выйти в неравный бой — чтобы либо погибнуть с честью, либо победить могущественных недругов. Но никто — ни величайшие из королей, ни сильнейшие из магов — не в силах даже подумать, что исход грядущих битв решит один-единственный человек. Тот, для которого эта страна — всего лишь страна снов. Тот, кто пришел из иного, чужого мира. Тот, кому в этом мире суждено было стать отважнейшим из героев…
Пробежав свою ежевечернюю милю, Стив Уилкинсон прямо с беговой дорожки направился в раздевалку, где стащил с себя мокрую от пота одежду и затолкал ее в спортивную сумку, заранее предвкушая, как смоет усталость под душем. С наслаждением втянув воздух ноздрями, он ступил под горячие струи и расслабился.
Провалявшись целый месяц в коме, он пришел в норму далеко не сразу, но пара месяцев физиотерапии и самостоятельные тренировки вновь поставили его на ноги. Эта мысль навеяла Стиву воспоминания об эксперименте, якобы повлекшем кому. На самом деле эксперимент тут совершенно ни при чем, но рассказать об этом хоть одной живой душе Стив просто не осмелился.
Никто ведь не поверит, что всему виной чародей с иного света, призвавший душу Стива и облекший ее в новое тело. За подобные россказни Стив лишь угодит в психушку, а восстановиться в должности доктору Энгельману все равно не поможет.
Еще раз глубоко вздохнув, Стив закрыл воду. Надо еще покорпеть над учебником перед завтрашним экзаменом по матанализу. Вытираясь, Стив попутно разглядывал себя в зеркале. Лицо, обрамленное коротко подстриженными каштановыми волосами, все то же — кареглазое, гладко выбритое.
Зато тело изменилось. Тщедушный книжный червь начал мало-помалу обретать форму и в прямом, и в переносном смысле, конечно, не настолько хорошую, как в Кворине, но за пять месяцев он изменился до неузнаваемости.
Впрочем, здесь дело идет куда медленнее, чем в Кворине. Оно и понятно — приходится долго восстанавливаться между тренировками. А там благодаря целительскому искусству Терона и Карадока эта необходимость отпадала. Там за один-единственный день удавалось добиться того, на что теперь уходит недели две, а то и три. С другой стороны, и в Кворине обычный человек не вхож к целителям так запросто. Но Стив был… исключением.
Швырнув мокрое полотенце в корзину для грязного белья, он направился к своему шкафчику. Хватит уже витать мыслями в Кворине! Бесчувственное тело Стива состарилось лишь на месяц, а он сам за это время прожил целый год, неизгладимой печатью легший на его душу. Отречься от пережитого Стив не мог, да и не хотел, но пора уже входить в привычную колею. Ни Кворин, ни Эрилинн не вернешь.
Давний его приятель Фрэнк Колдуэлл, теперь живущий с ним в одной по комнате, прямо-таки из кожи вон лезет, чтобы помочь Стиву оправиться, не позволяя ему все время гнуть спину над книжками. Даже хотел свести с парочкой знакомых девиц, но Стива это не очень-то заинтересовало.
Встав со скамейки, Стив взял бумажник и расческу, чтобы сунуть их в карман брюк. Вообще-то Фрэнк намекал на какую-то вечеринку. Стоит надеяться, он уже ушел, и можно будет все-таки налечь на учебники…
— Эй, поглядите-ка, кто у нас тут! — послышался позади знакомый голос. — Рохля Уилкинсон собственной персоной!
Ну конечно, Брюс. В Кворине Стив успел напрочь позабыть о его существовании. Сунув руку в шкафчик, Стив вытащил брючный ремень и обернулся к Брюсу. Разумеется, шутник пришел в компании приятелей-футболистов. Стив криво усмехнулся.
— Это мужская раздевалка, Уилкинсон, — заявил Брюс. — Девчачья напротив.
— Да ладно тебе, Брюс, — попытался утихомирить его один из спутников. — Оставь его. Говорят, он болел.
— Спасибо, — кивнул ему Стив. — Но ты плохо знаешь Брюса. Это его только раззадорит, потому что теперь он абсолютно уверен, что я не сделаю ему больно. Как ни крути, на самом деле он просто трус.
Брюс только рот разинул и побагровел. Издав несколько нечленораздельных звуков, он наконец выдавил:
— Ну ты, ублюдок! — и двинулся вперед. — Да я тебя…
Договорить он не успел, вскрикнув от боли, когда удар пряжки разодрал ему скулу. Отшатнувшись, Брюс прижал ладонь к щеке.
Видкрови так ошарашил его, что лицо Брюса приобрело бы комичноевыражение, если бы не полыхающая во взгляде злоба.
И тут Стив заехал ему ногой в живот. Перелетев через скамейку, Брюс врезался в ряд шкафчиков и съехал на пол, потеряв сознание.
Один из его приятелей угрожающе двинулся на Стива. Потому-то Брюс и избегал ходить в одиночку, — чтобы всегда иметь подкрепление.
Стив схватил нового врага за запястье, одновременно ударив по локтю снизу-вверх. Раздался хруст, и рука противника выгнулась противоестественным образом. Побледнев и закатив глаза, он рухнул без памяти на пол.
Стив повернулся к третьему, пытавшемуся заступиться за него.
— Эй, послушай, — попятился тот. — Я вовсе не напрашиваюсь! «Убей их, — пронеслось у Стива в сознании. — Они этого заслужили».
«Заткнись», — осадил Стив, внутренний голос. Тот окатил Стива волной злобы и умолк.
— Тогда лучше найди телефон и вызови «скорую» для этих слизняков, — ровным, бесстрастным голосом проговорил Стив, стараясь не обращать внимания на приблудную мысль, принадлежащую Белеверну.
— Ага, уже.
Как только тот отошел подальше, Стив повернулся и вышел. Если повезет, Фрэнк еще будет в комнате…
