Звёздное Королевство Мантикора и Республика Хевен были врагами на протяжении всей жизни Хонор Харрингтон, и она заплатила свою цену за победы, которых добилась в ходе этого конфликта. А теперь неостановимый джаггернаут могучей Солнечной Лиги взял курс на столкновение с Мантикорой. Миллионы уже погибших могут быть только предвестниками гибели миллиардов, которая уже на горизонте, и Хонор видит приближение этого.Она готова сделать что угодно, рискнуть чем угодно, чтобы это остановить, и у неё есть план, который может наконец-то положить конец войнам с Хевеном и заставить притормозить даже Солнечную Лигу. Но есть вещи, которых даже Хонор не знает. В игру вступили другие силы, тайные враги пришли в движение, и все они нацелены на Звёздное Королевство Мантикора, чтобы разрушить саму его жизнь. Худшие кошмары Хонор бледнеют перед надвигающейся реальностью.Но возможно и враги Мантикоры предусмотрели всё-таки не всё. Поскольку если всё, что любит Хонор Харрингтон, вот-вот подвергнется уничтожению, то погибнет оно не в одиночку.Перевод сделан на сайте.
"Чтобы понимать внешнюю политику Солли, нужно быть Солли, но нет ничего, за что бы стоило платить такую цену!"
Любой составитель словаря, загнанный в тупик необходимостью проиллюстрировать слово "парализованный" тут же ухватился бы за него.
На самом деле, сторонний наблюдатель мог бы задаться вопросом, а дышал ли Иннокентий Арсентьевич Колокольцев, Первый заместитель министра иностранных дел Солнечной лиги, глядя на экран своего монитора? Частью этого паралича был шок, но только частью. А ещё было неверие, за исключением того, что неверие было слишком слабым словом для выражения того что он в этот момент чувствовал.
Так он сидел более двадцати секунд по личному хронометру Астрид Вонг. Затем он громко вздохнул, встрепенулся, и взглянул на неё.
— Это подтверждено?
— Это оригинальное сообщение от мантикорцев, сэр, — ответила Вонг. — Министр иностранных дел переправил этот чип вместе с официальной нотой сразу как-только увидел это".
— Нет, я имею ввиду: есть ли какое-то независимое подтверждение того, что они говорят?
Несмотря на опыт двух десятилетий в дебрях бюрократии Солнечной Лиги, включающий в себя Одиннадцатую заповедь — "Никогда не смей смущать своего начальника ни словом, ни делом, ни выражением лица", Ван изумлённо моргнула.
— Сэр, — осторожно начала она. — Согласно версии Манти, это всё произошло в Новой Тоскане, а у нас ещё нет независимого подтверждения о "первом" инциденте, произошедшем там по их словам. Поэтому — …
Колокольцев скривился и оборвал её резким жестом руки. Конечно же не было. В действительности, независимое подтверждение первого Инцидента в Новой Тоскане, — он практически представил себе газетчиков, подчеркивающих это, — займёт ещё практически целый месяц, если Джозеф Бинг следовал процедуре. Проклятые манти находились прямо в центре системы связи Лиги с сектором Талбота. Благодаря своей треклятой Туннельной сети, они могли переправить известия о произошедшем, прямо в Солнечную систему немногим более чем за три недели, тогда как любой прямой отчёт из Новой Тосканы до Старой Земли займёт почти два месяца курьером. А если бы он был послан через штаб квартиру УПБ в системе Мейерс, как требовал устав, то занял бы более одиннадцати недель.
А полагая, что Манти не врут и не фальсифицируют все доказательства по какой-нибудь непредставимой причине, любой отчёт от Бинга должен прибыть через Мейерс, — подумал он. Если бы Бинг наплевал на правила, и послал бы отчёт прямо через Мезу и Визигот, — как бы поступил любой нормальный адмирал с работающими мозгами! — то тот должен был прибыть ещё восемь дней назад.
Колокольцев почувствовал нетипичное для себя желание схватить экран со своего стола и швырнуть его через комнату. Смотреть как тот разбивается вдребезги на мелкие кусочки. Выкрикивать проклятия в чистой, неконтролируемой ярости. Но несмотря на то, что во времена до эпохи расселения ему не дали бы на вид более сорока лет, ему было уже восемьдесят пять лет. Он провёл почти семьдесят из них, пробиваясь на текущую позицию, и теперь все эти десятилетия дисциплины, усвоения как играют в эти игры, пришли ему на помощь. Он вспомнил Двенадцатую заповедь — "Никогда не должен ты терять контроль в присутствии подчиненных", и даже смог выдавить улыбку начальнице своего аппарата.
— Да, это был глупый вопрос, Астрид, так ведь? Полагаю, я не так невосприимчив к сюрпризам, как я всегда полагал.
— Нет, сэр. — Улыбнулась Ван, но её собственное удивление, как силой его реакции, так и самими новостями, всё ещё виднелось в её голубых глазах. — Я не думаю что в подобных обстоятельствах, кто-нибудь смог бы сохранить хладнокровие.
— Может быть, но за этим последует суровое наказание, — совершенно излишне ответил он ей. И задумался, сказал ли он это, поскольку ещё не пришёл в себя.
— Свяжитесь с Водославской, Абруцци, МакАртни, Квотермейном и Раджампетом, — продолжил он. — Мне нужно, чтобы они были в главном конференц-зале через час.
— Сэр, адмирал Раджампет встречается с той делегацией из офиса Министерства Юстиции, и…
— Мне все равно с кем он встречается, — решительно отрезал Колокольцев, — просто прикажите ему прибыть сюда.
— Да, сэр. А могу я сообщить ему, почему такая срочность?
— Нет. — Колокольцев тонко улыбнулся. — Если манти говорят правду, я не хочу чтобы он явился с готовыми комментариями. Это дело слишком важно для подобного абсурда.
— И что всё это означает? — спросил Адмирал Флота Раджампет Каушал Раджани, войдя в конференц-зал. Он прибыл последним, о чём Колокольцев специально позаботился.
