В юрту вошла еще одна студентка – не заметить ее было невозможно. Царственная осанка, гордо вздернутый подбородок и тяжелая копна кудрявых рыжих волос. Стиви встречала девушек с длинными волосами, с кудрявыми и рыжих, но эта копна казалась какой-то неуправляемой стихией. Это были не просто кудряшки – плотные, словно из проволоки, волосы завивались медными кольцами, торчали золотистыми прядями, вздымались над головой крутыми волнами. Не прическа, а тропический циклон. Кто-то позвал ее по имени: «Гретхен!» – и Элли прыжками понеслась ей навстречу через всю комнату. Рыжеволосая оглядела группу на диване, и Стиви заметила, что на Хейзе и Мэрис ее взгляд задержался. Она поговорила с Элли, тряхнула своими великолепными кудрями и демонстративно прошла мимо дивана. Хейз мельком взглянул в ее сторону и снова повернулся к Мэрис.
Между ними явно что-то происходило.
Жермена Батт, девочка из автобуса, разговаривала с Казимом, но при этом успевала следить за происходящим вокруг и печатать в телефоне с такой скоростью, какой Стиви раньше ни у кого не видела.
– У нее шоу «Правда от Батт», – сказала Джанелль. – Она типа журналистка.
Студенты все подходили, шум разговоров нарастал, и стало понятно, что играть в «Аркадию» в таком гуле невозможно. Милли, Марко и Де Шоун как-то незаметно завели разговор о своем, Джанелль и Ви отошли в сторону, и Стиви с Нейтом остались вдвоем. Нейт опять погрустнел, машинально перебирая в ладони деревянных коровок из игры.
– Вот оно, веселье, – сказал он. – Ну и что теперь делать?
– Знакомиться с ребятами, – предложила Стиви.
Нейт шумно и протяжно вздохнул, словно из шарика выпустили воздух.
– Похоже, ты не любишь знакомиться с новыми людьми.
– Никто не любит.
– Не уверена, – пробормотала Стиви, глядя на Джанелль и Ви.
Стиви почувствовала легкое раздражение: они так оживленно болтали, склоняя головы все ближе, смеясь все громче. Где-то на дне души закопошился противный червяк ревности, но она поскорее раздавила его.
– Так и есть, – сказал Нейт. – Все просто притворяются. Знакомство – это всего-навсего очередное неприятное занятие, и все мы делаем вид, что оно нам нравится.
– А что насчет меня? Со мной же ты познакомился? – спросила Стиви.
Нейт ничего не ответил.
– Ладно, проехали, – махнула она рукой. – Ты сейчас работаешь над продолжением книги?
– Что?
Нейт весь сжался, словно его придавили к стене и направили лампу в глаза. Коровки в его ладони хрустнули.
– Я только начал, – пробормотал он.
– А сколько глав уже написал?
– Нисколько! – вдруг огрызнулся он. – Почему ты меня вообще об этом спрашиваешь?
– В смысле? – опешила Стиви.
– Я имею в виду… – Нейт беспокойно заерзал. – Ты не можешь просто так взять и сходу написать что-то. Не получится. Ты что-то пишешь, потом переписываешь, потом приходят новые идеи, и ты все меняешь… Короче, я не хочу об этом говорить.
– Ладно, – тихо сказала Стиви и вжалась в спинку дивана.
Нейт отвернулся: ему явно было не по себе.
– Они позвали меня сюда из-за книги, – глухо сказал он. – Вот почему я здесь.
Он пристально посмотрел на Стиви.
– Знаешь, сколько страниц я написал?
– Я думала, ты не…
– Две тысячи. Две тысячи страниц.
– Ну и… это хорошо?
– Две тысячи страниц, а дальше ничего. Тишина. Это ужасно. Я написал первую книгу и тут же разучился писать. Обычно я сидел и писал, переносился в другой мир и видел там всю картину целиком. Полностью погружался в иную жизнь. Но со второй книгой все не так. Она стала какой-то обузой, словно я во что бы то ни стало обязан ее написать. Что-то во мне сломалось. Будто бы я знал путь в волшебную страну, а теперь потерял карту. Ненавижу себя.
Он откинулся на спинку дивана и шумно выдохнул.
– Нет, не хочу об этом говорить.
Стиви краем глаза понаблюдала за Нейтом, пока ей не стало ясно, что он больше не скажет ни слова. Тогда она снова принялась разглядывать окружающих.
Хейз явно заигрывал с Мэрис. Они словно никого не видели вокруг, поглощенные друг другом. Стиви подумала: а как бы к этому отнеслась Бет Брэйв? Вряд ли ей понравилось бы, что Хейз флиртует с кем-то в школе. Еще Стиви заметила, что не она одна интересуется общением Хейза с Мэрис. На них весьма пристально смотрела Жермена Батт, а в какой-то момент она подняла телефон и быстро их сфотографировала. Рыжеволосая Гретхен, похоже, тоже вполне определенно интерпретировала ситуацию, потому что продолжала нарочито смотреть в сторону.
Туча стрел нацелилась на Хейза со всех сторон.
– А вот и Дэвид! – закричала Элли, срываясь с места и отрывая Стиви от созерцания Хейза и его показательных выступлений. – Дэвид, Дэвид, Дэвид!
«Дэвид, Дэвид, Дэвид» вошел в юрту, и вместе с ним туда ворвался душистый ночной бриз. Туча стрел развернулась в его сторону. Он потряс сцепленными ладонями над головой, словно празднуя победу. Элли подлетела к нему и обвила его шею руками, укутав в свое боа. Он слегка приподнял ее, и она так и осталась на нем висеть.
