Фергюсон пнул пустоту и ввалился внутрь - дюжий мужчина лет пятидесяти с лишним в костюме из мохнатого твида, словно обросший медвежьей шерстью. Длинное лошадиное лицо, под косматыми бровями - маленькие глазки, глубоко и близко посаженные. Они свирепо шарили по комнате.
- Где он? Где паршивый сводник?
Бидуэлл пребывал между дверью и стеной, где и остался.
- Крепковатые выражения, вам не кажется? - спросил я.
Фергюсон стремительно повернул голову в мою сторону, потерял равновесие и привалился к косяку. В кармане у него что-то металлически звякнуло.
- Пистолет лучше отдайте мне, полковник. Не то ненароком прострелите себе бедро, а такие раны бывают очень болезненными.
- Я умею обращаться с огнестрельным оружием.
- И все-таки лучше отдайте его мне на некоторое время. Вы же не хотите, чтобы кто-нибудь пострадал…
- Не хочу? Бидуэлл у меня еще как пострадает! Продырявлю ему шкуру, освежую проклятого койота и прибью шкуру сушиться к его собственной двери.
Разбушевавшийся пьяница. Но разбушевавшиеся пьяницы бывают опасны.
- Нет. Как представитель закона я вас арестую! Отдайте пистолет.
- Катитесь к черту! Еще один бидуэлловский красавчик, специалист по краже жен!
Он ринулся на меня, опять потерял равновесие и еле успел уцепиться за край двери, потянув её на себя. Перед нами возник вжавшийся в стену Бидуэлл. Фергюсон захрипел, как волынка, и потянулся к карману.
Я ухватил его за воротник рубашки под торчащим кадыком, рванул на себя и ударил в тяжелый подбородок. Съездить по физиономии полковника было моей давней мечтой.
Этот выпрямился во весь рост, торжественно прошествовал к бидуэлловскому столу, повернулся на каблуках, опасно накренившись, и грузно плюхнулся в бидуэлловское кресло. Затем открыл рот, словно председатель правления, готовый сформулировать новую политику фирмы, улыбнулся нелепости всего сущего и впал в глубокое забытье. Кресло закрутилось и сбросило его на пол.
- Что вы натворили! - сказал Бидуэлл. - Он предъявит нам иск.
- Иск мы ему сами предъявим.
- Ничего не выйдет. С двадцатью миллионами не судятся. Он наймет лучших адвокатов в стране.
- Вы сейчас разговариваете с одним из них, - сообщил я, продолжая испытывать душевный подъем, потому что мне таки довелось съездить полковнику по физиономии. - Всю жизнь предвкушал такой иск!
- Но он же меня не тронул, - возразил Бидуэлл.
- Вы как будто разочарованы?
Бидуэлл смерил меня угрюмым взглядом.
- Полагаю, мне следует поблагодарить вас за спасение моей жизни. Только, честно говоря, никакой благодарности я не испытываю.
Присев на корточки рядом с распростертым на полу полковником, я извлек из его кармана симпатичный короткоствольный пистолет, довольно увесистый, потому что обойма была полна, и показал его Бидуэллу.
Но он отвел глаза:
- Будьте добры, спрячьте.
- А, так вы забрали у него пистолет! - произнес кто-то с порога. - Часа два назад я убедил его отдать мне тот, который был при нем.
Значит, в его машине имелся еще один.
- Убирайтесь, Падилья, - сказал Бидуэлл. - Не входите.
- Слушаюсь, сэр.
Падилья ухмыльнулся и вошел. Кудрявый, с изуродованным ухом молодой человек в белой куртке бармена. Он окинул Фергюсона профессиональным взглядом.
- Ссадина на подбородке. Пришлось дать ему раза?
- В тот момент мне это показалось самым уместным. Хотя мистер Бидуэлл и предпочел бы получить пулю. Но было бы жаль, если бы такой ковер залила кровь.
- Не смешно, - сказал Бидуэлл. - А что нам с ним теперь делать?
- Пусть отоспится, - весело порекомендовал Падилья.
- Только не здесь! Не у меня в кабинете.
- Зачем же? Доставим его домой. Скажите Фрэнки, чтобы он меня подменил, а мы отвезем его к нему домой, уложим в постельку, и утром он ничего помнить не будет. Решит, что порезал подбородок, когда брился.
- Откуда вы знаете, что он ничего не вспомнит?
- Так ведь поил его я. Он дул виски с шести часов. Я наливал и наливал в расчете, что он вот-вот одуреет. Но у него желудок из дубовой клепки, стянутой медными обручами.
Он нагнулся и ткнул Фергюсона в живот указательным пальцем. Фергюсон улыбнулся во сне.
7
Падилья знал, где живет Фергюсон, - ему уже доводилось отвозить его домой в голубом «империале». Я отправился с ним прокатиться и получить ответ на некоторые вопросы.
- Вы хорошо знали Ларри Гейнса?
- Бывшего спасателя? Естественно. Я сразу вычислил, что он подонок, только это меня не касалось. Но в первую же неделю, как он там появился, у меня был с ним разговор по душам. Еще в сентябре. Он вздумал угостить в баре шестнадцатилетнюю девочку.
Так я сказал, чтобы он шел вон и больше не возвращался. - Падилья нажал на кнопку, опускавшую стекло левой передней дверцы, сплюнул в темноту и, посмотрев через плечо на Фергюсона, поднял стекло. - От ветра в лицо он может очнуться. Алкоголь он переносит будь здоров, можете мне поверить.
Я тоже оглянулся на Фергюсона. Он мирно спал.
- Миссис Фергюсон, я полагаю, вы тоже знали?
