Дело Гермионы полностью

Таких больше обескураживало уничтожение Азкабана.

Вот сама тюрьма - как символ безысходности и заунывного ужаса - очень даже пугала всех. И в то же время никто не мог представить, что Азкабана больше нет. Изломанные, опаленные стены тюрьмы, разломанные камеры, завалы камней и следы битвы, все было пущено под снос. В сущности, это был первый указ Амелии на посту Министра. Снести Азкабан, уничтожить дементоров. Быстро, качественно, с применением всех сил Министерства.

Символы в виде Азкабана и дементоров исчезли или исчезали на глазах, тут было от чего занервничать.

Поэтому шепотки в толпе были изрядно пропитаны страхом и ужасом. Маг и бывший Аврор Аластор Грюм, задержавшийся после церемонии на кладбище, теперь тихо кривился, вспоминая эти пересуды.

Он стоял напротив свежих надгробий, постукивая протезом, и кривился.

Лицо его, прорезанное морщинами, при этом приобретало совершенно зверский вид. Из погибшего десятка двое были учениками Грюма, и теперь ему казалось, что он их плохо учил. Такое чувство возникало у него каждый раз, когда погибал один из его учеников. Плохо учил, мало гонял, бестолково объяснял, так и не внушил, что такое постоянная бдительность, вот что всегда думал Грюм, глядя на очередную могилу очередного своего ученика.

Волшебный глаз, мечущийся в левой глазнице, предупредил своего хозяина.

Аластор крутанулся, наставляя посох прямо в грудь аппарировавшего Дамблдора.

-- Теряешь хватку, Альбус, - проворчал Грюм.

-- Если бы я захотел подловить тебя, то аппарировал бы шагов на двадцать левее, за ствол вон того ясеня, и нанес бы удар из укрытия, - невозмутимо заметил Дамблдор. - Но так как мы друг другу верим

-- Понятно, - перебил его Аластор. - Но все же не надо так близко появляться, однажды я могу и не удержаться.

-- Хорошо, хорошо, - усмехнулся в бороду директор Хогвартса. - Какое тихое местечко.

-- Еще час назад здесь было очень громко, - скривился бывший Аврор. - Все эти министерские ужасно боялись и от этого говорили вдвое громче и вдвое больше. Если бы их болтовня помогала, мы бы уже давно победили!

Дамблдор улыбнулся, показывая, что оценил шутку. Огляделся. Тихо и пустынно, аккуратные ряды надгробий, аллеи, обрамленные аккуратно подстриженным кустарником и деревьями, идеальное место, чтобы провести разговор о секретных делах Ордена. Конечно, можно было бы использовать резиденцию Ордена или кабинет в Хогвартсе, но там невозможно добиться оттенка неофициальности, каковой, по мнению Дамблдора, был очень важен для предстоящего разговора.