Дело Гермионы полностью

-- Можно одновременно болеть за два факультета! - поясняет Луна. - Лев на голове болеет за Гриффиндор, а я за Рэйвенкло! Все довольны.

-- Я недоволен, - начинает было Уизли, но лже-Гарри его обрывает.

-- Поэтому мы здесь и собрались! Стоило основательнице команды покинуть нас ненадолго, как все развалилось. Так дело не пойдет! Или мы не команда, а связывала нас вместе Гермиона? Так как половину команды составляют представители семьи Уизли, предлагаю начать с них.

Близнецы, Рон и Джинни переглядываются. "А Гарри изменился за лето!" читается во взглядах.

-- Ладно, согласен, я и Джордж не ходим на занятия, - откашлявшись, начинает Фред, - но эти занятия на шестом курсе резко усложнились, и нам еще своими делами надо заниматься. Полдня без уроков -- это то, что нужно, да и вы уже не маленькие.

-- Точно! - восклицает Джинни и складывает руки на груди.

Она неосознанно подражает маме, во-первых, а во-вторых, если правильно сложить руки, то грудь становится больше. Но Гарри даже не смотрит в ее сторону, и Джинни с тоской думает, что лучше бы близнецы придумали Шоколадные-Батончики-Увеличивающие-Грудь-Навсегда, а не всякие там кроваво-поносные завтраки, увеличители ушей и прочие дурацкие вещи.

-- Да, мы уже не маленькие, - поддерживает Рон.

-- Трогательное единодушие, - улыбается Гарри. - Что ж, если мы не маленькие, то к чему тогда все эти детские обидки?

-- Какие?

Чарли довольно точно сымитировал голоса присутствующих.

-- Ах, она лишний раз упомянула Грейнджер! Ах, он завязал мне шнурки на ботинках! Ах, меня ждет великая месть, мне не до друзей! Ах, мы такие взрослые и будем торговать, а вы брысь, мелюзга!

Все присутствующие, злобно сопя, уставились на Гарри. Ну, разве что Луна не сопела злобно, а наоборот, напевала под нос, поправляя шляпу. Бакстер вообще сомневался, что эта чокнутая Лавгуд поняла, о чем речь, но злиться по этому поводу не собирался.

-- Уже боюсь! - воскликнул Чарли в ответ на взгляды. - Вот видите, можете же работать командой, когда захотите! Слаженно, дружно и против единого врага.

-- Ты не враг! - тут же воскликнула Джинни.

-- Но вам ведь неприятно то, что я говорю? А мне неприятно видеть, как наша команда разваливается на части. Да! На части! Вы все -- мои друзья, и ссоритесь, это невыносимо видеть и слышать!