Дело Гермионы полностью

Приближалась Вальпургиева ночь, и Луна, лежа животом на подоконнике и разглядывая озеро, думала, как бы отметить праздник. Подходящего холма для правильного танца рядом с Хогвартсом не было, а центр Запретного Леса Луна так и не нашла. Проводить ритуалы на опушке не имело никакого смысла, и поэтому Луна продолжала размышлять, но тут ее прервали. Близкая-но-не-слишком-подруга Джинни Уизли, со смешными рыжими волосами, веснушками и светлой душой, влюбленной в Гарри Поттера, налетела на Луну и начала тараторить.

-- Там! Там! Там!

-- Пам! Пам! Пам! - тут же откликнулась Луна и даже отбила такт рукой.

-- Нет! Нет! - топнула ногой Джинни. - Там Рон пропал!

-- Рооон? - мечтательно протянула Луна.

У брата Джинни была очень интересно окрашена душа, вся в пятнах, переливах и разводах несочетаемых цветов, и поэтому взгляд Луны частенько останавливался на Роне, и она любовалась им, как будто прикладывала к глазу игрушку магглов, под названием калейдоскоп. Самому Уизли от этих мечтательных взглядов становилось тревожно, и тогда душа начинала переливаться интенсивнее, что несказанно радовало Луну.

-- Да, Рон! Пойдем, пойдем! - Джинни тянула за собой Луну. - Мне никто не верит!

Она почти плакала, и Луна в очередной раз подумала, что никогда не поймет отношения между братьями и сестрами. Никогда. Быстрым шагом они пошли куда-то к центру Хогвартса.

-- Понимаешь, Гарри Поттер ездит выступать в газетах и на радио, - издалека начала объяснять Джинни. - Ну, чтобы маги сражались с Тем-Кого-Нельзя-Называть.

-- Понимаю, - кивнула Лавгуд, вспомнив клятву не рассказывать о том, что Гарри вовсе не Гарри.

-- И Рону очень хотелось ездить вместе с ним, он думал, что Гарри выслеживает Пожирателей и хочет их поймать, а тогда Рон смог бы помочь Гарри, и они бы вдвоем прославились, понимаешь?

-- Понимаю, - еще раз кивнула Луна.

-- Гарри не брал с собой Рона, говорил, что опасно, - Джинни сглотнула, - и правильно делал, да, Гарри все правильно делал, а Рон прямо заболел этой идеей. Все ходил и придумывал, и пробовал, и пытался бежать, а его ловили, и он еще ходил и пытался пролезть в тайные ходы, и у него не получалось, а потом он на уроках от злости ломал перья и придумывал новые способы. Временами он непрерывно ходил и бормотал, и я говорила близнецам, а те только смеялись и говорили, что Рону полезно узнать, что не все в жизни удается.