— Помнишь, Гермиона, ты спрашивала, какой путь я выбрал? — неожиданно говорит Невилл.
— Да, помню, — мы ещё не дошли, но почему бы и не поболтать на ходу. — И, кажется, понимаю, что ты выбрал.
— Ты не согласна? — напрягается он.
— Мне всё равно, — пожимаю плечами, — это твой путь и твоя месть, и если ты решил измениться, то это твой выбор и твоё право.
— Я убью их! — заявляет Невилл. — Вот мой выбор! Убью всех четверых, и плевать, что будет потом! Это будет справедливо и правильно, за то зло, что они причинили моим родителям!
Внимательно смотрю на него в профиль. Решимость, эмоциональная такая, яростная, и от которой легко можно заработать эмоциональное перегорание. Собственно, оно будет в любом случае, вопрос только в том, насколько хватит силы эмоций Невилла? Двенадцать лет созерцания безумных родителей, в сочетании с забитостью от бабушки… уууу, гремучая, гремучая смесь. Накопилось в парне эмоций, и побег Беллатрисы с родственниками выступил в роли кнопки «Старт». Интересно, если сказать, что с вероятностью в 95 % побег организовал Барти Крауч — младший, Невилл сразу помчится мстить незнамо куда, или вначале грязно выругается?
— Ладно, Невилл, это твой выбор, — повторяюсь, а что делать? — О чём ты хотел поговорить?
Невилл, немного путаясь в словах и предложениях, долго и велеречиво начинает объяснять, как он ценит всё, что я для него сделал, и что он очень признателен за помощь, и хотел бы выразить свою благодарность, да у него не слишком получается. Слушаю внимательно, не перебивая, словесный понос — явно следствие того самого эмоционального перенапряжения, так что лучше пусть выговорится, чем у него крышу сорвёт в неподходящий момент. Ну, кто в детстве не мечтал убить всех обидчиков, но там отпускало обычно через день, а у Невилла все серьёзно, и это опять пугает.
Невилл, наконец, перебирается дальше, и теперь толкает длинную словесную телегу, как он учился, учится, и брал уроки у бабушки, и вдохновлялся карьерой родителей, и теперь он готов идти дальше, и быть мракоборцем, и теперь ему надо тренироваться вдвое больше — вот как я делаю! И вообще, от одного моего вида он испытывает такое вдохновение, что прямо готов голыми руками срыть гору до основания. Разговор пошёл в опасном направлении, и прежде, чем Лонгботтом перешёл к какой-нибудь ерунде вроде комплиментов цвету моих глаз или размеру сисек, прерываю его.
— Так, Невилл, стоп! Тебе нужны тренировки? Будут тебе тренировки! Поговорим об этом завтра, на первом собрании Ё… «Яростных Львов», если не возражаешь.
— Нет, конечно!! — пылко восклицает Невилл. — Это будет отлично!!
— Ага, вот и договорились. Извини, меня ждут дела.
Лонгботтом мастерски проболтал все моё свободное время, и пора выдвигаться в кабинет ЗОТИ, к Люпину.
В кабинете ЗОТИ тихо, все парты вернулись на свои места, а шкаф исчез. Но всё равно видение боггарта и мёртвой жены накатывает, вызывая желание передёрнуть плечами. Надо будет боггарта отдельно поизводить, без толп учеников сзади.
— Привет, Гермиона, — появляется Люпин из своего кабинета.
Как уже говорил, Ремус в этой драной одежде и мантии, больше похож на старшего брата, нежели строгого профессора и преподавателя, что, несомненно, облегчает ему вхождение в доверие к ученикам. Собственно, и сам видел, как ученики — бац! — и начинают воспринимать его как «своего в доску». Люпин садится на парту, пока я бормочу ответное приветствие.
— Добрый вечер, профессор.
— Можешь звать меня Ремус, или мистер Люпин, если уж так тебе необходим этот официоз, — улыбается он.
— Да, профессор, — блин, это не я, оно само по привычке вырвалось! — Да, Ремус.
— Вот и отлично. В поезде ты уже видела дементоров, что скажешь?
— Ужасно, — отвечаю искренне. — Холод, депрессия, ментальное давление, эти полёты за окном, бррр!
— Странно, что ты не упомянула их мерзкий внешний вид, обычно все начинают с черепов и покрытых слизью рук, — задумчиво говорит Ремус, складывая руки на груди, — впрочем, после истории с василиском… Это хорошо, что их внешний вид тебя не пугает! Это поможет тебе быстрее и лучше овладеть заклинанием Патронуса, и тем самым эффективно противостоять дементорам. Но вначале — небольшая лекция, раз уж мы находимся в кабинете ЗОТИ, а дементоры, несомненно, попадают в категорию Тёмных. Видишь ли, Гермиона, насколько я понял, с практикой у тебя все хорошо, а вот теория хромает, да.
Лекция ёмкая, толковая, и еле успеваю записывать избранные моменты. Не знаю уж, чего там Дамблдор про меня наговорил, но Люпин не разжёвывает каждую мелочь, не льёт воду, и в результате лекция пересыщена информацией, которую ещё надо будет потом переосмыслить.
Рассказав о дементорах, Люпин переходит к защите от них, то есть тому самому Патронусу.
