— О ком ты думаешь, что так улыбаешься, — с ревнивыми нотками спросил мужчина и обнял за плечи, заглядывая через зеркало в мои глаза.
— Вспомнила, как твой робкий друг делал предложение моей отважной подруге.
Рэйвен раскатисто рассмеялся, отстраняясь и накидывая мне на плечи халат. В комнате было тепло, но он инстинктивно прятал меня такую от посторонних глаз. В доме с нами жил Локсли, оставаясь моей Тенью. Мог прийти Джеральд в свою лабораторию, которую я не стала опечатывать изнутри. Или Габриэль забежать, если они с Мишель были в городе.
— Да, Люциан может хладнокровно сражаться, но в вопросах сердца он удивительно застенчив.
— Если бы он ещё промедлил, то Лили сама бы сделала ему предложение! — пошутила я, поднимаясь с пуфика и поворачиваясь к супругу. — Хорошо, что ты оказался намного смелее его. И нашёл правильные слова, чтобы убедить меня поверить тебе.
Говоря это, я обняла его за талию и прижалась щекой к широкой груди. В его крепких объятиях я чувствовала себя защищённой. Под ухом уверено и сильно билось сердце отважного воина, ставшего героем моего романа.
— Но мне хватило ума рассмотреть тебя до того, как я нашёл на дверях своего замка послание короля и свидетельство о браке с его племянницей. А это, пожалуй, важнее, — добавил он с лёгкой усмешкой, касаясь пальцем линии моего подбородка.
Хмыкнув, я обвила руками его шею и посмотрела прямо в тёмные глаза, на дне которых плясало яркое пламя.
— Я бы поспорила насчёт ума, — пробурчала я, вспоминая нашу эпичную встречу на балу в ратуше. — Если бы ты сразу представился настоящим именем, всё могло бы сложиться иначе.
— Даже представляю как, — усмехнулся герцог, прижимая меня к себе так крепко, будто боялся что исчезну.
— Ты бы сбежала из Марвеллена в тот же день, — продолжил он, прищурившись. — Теперь-то я знаю, что моя жена плевать хотела на все условия и традиции, если они ей не по вкусу. Смелая и дерзкая... Такой я тебя увидел впервые и такой люблю сейчас.
Вдвоём мы спустились к завтраку. За столом барон Локсли невозмутимо пил чай, а над его воротничком ярким пятном алел засос. Ухмыльнувшись, я как приличная леди промолчала, в отличие от моего супруга.
— Визиты к графине Стерлинг, судя по всему, оставляют неизгладимые впечатления, — усмехнулся Рэйвен, опускаясь за стол.
Барон спокойно отставил чашку, не меняя невозмутимого выражения лица.
— Глубокое знакомство с человеком всегда оставляет след, милорд, — ответил он с ледяным спокойствием.
Я едва удержалась от смеха, спрятав улыбку за чашкой чая.
— Главное, чтобы эти следы не сопровождались… маленькими сюрпризами через девять месяцев, — с невинной улыбкой заметила я, аккуратно помешивая чай.
Рэйвен усмехнулся, скользнув взглядом от меня к барону.
Айдан не моргнув глазом, ответил:
— Сюрпризы хороши на праздниках, миледи. А в остальном я предпочитаю предсказуемость.
Приподняв бровь, я лениво обвела пальцем край своей чашки, прежде чем высказать своё отношение к адьюльтеру графини:
— Главное, чтобы об этом не услышал Светлый Отец. Он, знаете ли, любит вносить хаос в тщательно выстроенные планы.
На лице мужчины промелькнула тень понимания.
— С другой стороны, — добавила я небрежно, делая глоток чая, — я всегда рада принять в семью ещё одного Локсли.
Тишина повисла за столом, связывая слова и мысли. Рэйвен, не удержавшись, усмехнулся шире, а Локсли склонил голову, признавая мою правоту и принимая во внимание мой совет.
Завтрак пролетел. В доме всё завертелось в суетливом вихре сборов. Слуги, присланные Магдой, сновали туда-сюда, торопливо перетаскивая сундуки и кофры с одеждой, аккуратно свёрнутые пледы и связки с документами.
Игги суетилась, проверяя, чтобы всё было на своих местах. Её строгий взгляд и сжатые губы напоминали о важности поездки. Она металась между комнатами, на ходу поправляя складки на своём платье и вытирая пыль с уже идеально чистых поверхностей, как будто это могло хоть как-то повлиять на успех путешествия.
На улице воздух был свежим и морозным, лёгкий иней серебрил мостовую. У кареты уже стоял Рэйвен. Его чёрный вороной конь, высокий и мускулистый, нетерпеливо перебирал копытами, пар вырывался из ноздрей, словно клубы дыма. Герцог держал поводья с той непринуждённой грацией, какая свойственна представителю высшей знати.
Барон Локсли, тоже верхом, держался чуть в стороне, внимательно наблюдая за окружающими. Его осанка и лёгкий наклон головы говорили о том, что он, как всегда, начеку. Он оставался моей Тенью, всегда готовый защитить меня, и герцог ни разу не высказался против. Их дружба с Айданом была особой, проверенная временем и скреплена кровью. Когда мужчинам приходилось действовать, они понимали друг друга с полувзгляда, полужеста. Присутствие этих двоих гарантировало безопасность в дороге.
Игги помогла мне устроиться в карете, заботливо поправив подушку и накинув на колени тёплый плед.
— Всё готово, миледи, — сообщила она, прежде чем занять место напротив.
