День завершился. Отметить мы его решили прогулкой по городу и заодно поесть вкусной выпечки у старого Генри. Желудок подводило, но сегодня готовить я не хотела. Всё завтра…
С первыми лучами зимнего солнца я проснулась с мыслью, что предстоит немало дел. Сегодня я решила составить список всего необходимого для моих начинаний. Но прежде всего, передо мной стояла задача разработать бизнес-план для приведения гостиницы в прибыльное состояние. Вдобавок, необходимо было найти строителей для начала ремонта в недавно приобретённом доме и нанять двух-трёх работников для уборки территории.
Подходя к окну своей комнаты в гостинице, я обдумывала каждый пункт, когда вдруг осознала — у меня нет ни бумаги, ни даже гусиного пера для записи.
«Как я могла об этом забыть? — укоряла я себя в мыслях. — Ведь ещё вчера вечером перед прогулкой подумала об этом».
— Леди Фокстер, скажите, а где можно купить бумагу и писчие перья?
— При храме Светлого отца всегда есть лавка с таким товаром. И в каждом храме обязательно есть зал с книгами и свитками законов, — просветила меня Лили.
— Любой может зайти и приобрести?
В комнату зашла Игги с подносом с чаем, отвлекая меня от разговора. От завтрака мы сегодня отказались, чем страшно расстроили Магду. Но мне хотелось скорее попасть на ярмарку!
— Если вы имеете в виду, могут ли женщины? — Лили усмехнулась, изящно наливая чай в выщербленную чашку. — Да, женщины тоже могут приобрести необходимое там, хотя это и вызывает определённое недоумение у некоторых, — продолжила она. — Но ведь вы не из тех, кто боится косых взглядов, верно?
Я кивнула, отпивая из своей чашки настоящий чёрный чай. Даже остановилась, не поверив в такую удачу. Позже оказалось, что чай здесь есть, но ценится он очень дорого. Его привозят из-за моря из другой страны.
— Спасибо, леди. Тогда сегодня перед ярмаркой зайдём в храм Светлого отца, — решила я.
Игги взглянула на нас с недоумением.
— Леди, вы уверены, что это хорошая идея? — осторожно спросила она. — Вам, как женщине, лучше не портить свою репутацию на новом месте.
— Дорогая, многие вещи могут быть неудобны. Если я всё время буду оглядываться на мнение других, то ничего не достигну. В конце концов, мир велик, могу и за море уплыть весной, — отрезала я, чувствуя, как внутри меня вспыхивает та самая упрямая искра, которая всегда толкала меня вперёд. — Законы мы не нарушаем покупкой бумаги и перьев — это главное.
Лили кивнула в знак поддержки, а Игги, хоть и с некоторыми опасениями, приняла моё решение.
На улицу мы шли в своей простой одежде. Вчерашние наряды Игги с блаженной улыбкой почистила и развесила в шкафу. Её насмешил мой рассказ, как я покупала свои же платья. Лили тоже слушала с улыбкой. Она ведь не знала всю историю сначала!
Спустившись по лестнице, мы застали странную картину. В холле собралось пять женщин. И из кухни прибежала Магда, стоило Марику сообщить матери, что уважаемые леди идут!
— Леди Гор! — бодро начала Магда. — Простите меня, но я рассказала нашим местным женщинам, какая вы решительная и умная. Благодаря вам я с детьми получила три золотых за потерю кормильца! И налог мне теперь есть чем заплатить!
— Ну, ничего страшного, — ещё не понимая, куда меня сейчас втянут, ответила и попробовала пройти мимо группы дородных дам. Не тут-то было. Дамы загородили мне путь своими бюстами.
— Леди Гор, вы можете подсобить с бумажками? — краснея щеками, шеей и декольте, одна из активисток протянула мне какой-то свиток. — Мне налог за лавку с травами нужно заплатить. Всегда платила три золотых, а теперь какую сумму?
Клянусь, моя рука сама потянулась к свитку!
— Давайте пройдём в столовую, — предложила всем. Завтрак уже завершился и там можно было удобно разместиться за столом. — Моя дорогая, посмотрим, что у вас тут, — начала я, разворачивая свиток и стараясь скрыть волнение от неожиданной ответственности. Лили рядом негромко зачитывала короткий текст. Мол, в связи с потерями на войне объявляется дополнительный сбор средств в казну города.
— За неуплату налога в десять золотых лавка травницы перейдёт в ведение городской казны, после чего будет выставлена на аукционе, — продолжала Лили, её голос слегка дрогнул при прочтении этой части.
Неудивительно, что женщины встревожены; условия были более чем жёсткими. Тридцать золотых за убыточную гостиницу госпожи Пирей — это тоже непомерно высокая цена.
Теперь, когда и хозяйка маленькой лавки кружевниц мне протягивала такое же письмо «счастья» из ратуши, картина вырисовывалась неприглядной. Такие налоги настораживали. Где гарантия, что они не надуманы, как вчера нотариусом?
Следующая женщина, почтенного возраста и с умными глазами, подошла ко мне с вопросом, который казался ей ещё более важным.
— Леди Гор, я вдова, и после смерти мужа мне досталась земля, но местные власти пытаются её отнять, ссылаясь на какие-то старые законы. Вы не могли бы посмотреть мои документы? — её голос дрожал, но в глазах была решимость.
