– Хорошо. Ты ведь понимаешь, что я могла пойти к кому-то другому. К твоим врагам, например. Но я выбрала тебя. Мы в чём-то похожи, ночной владыка. Мы оба потеряли то, что считаем своим по праву. Делить нам нечего; так почему бы не помочь друг другу? Ты вернешь себе Коссугу; а я стану править своим королевством.
– И как ты это себе представляешь?
– Твои враги умрут, – равнодушно ответила Элин. – Мои тоже.
– Прекрасный план, – едко заметил Хойзе. – Чёткий и недвусмысленный. А ты хоть представляешь, кто они такие – мои враги? И сколько их? Пять кланов фрогской мафии! Десятки лейтенантов, сотни солдат, которых никто не знает в лицо! Деньги, и власть, и…
– Мы обезглавим семьи. Потом уберём преемников. И тех, что придут им на смену, тоже. Быть членом мафии в Коссуге станет очень опасным занятием; очень вредным для здоровья. Мы будем повсюду. Мы будем видеть и слышать всё. А они даже не заподозрят подвоха.
– Ты хочешь утопить город в крови?
– Если придётся, – Элин твёрдо посмотрела Хойзе в глаза. – Но думаю, остальные быстро поймут намёк и уберутся подальше.
– Сперва они нанесут ответный удар. И тогда мой клан…
– С чего бы? Ты и твои фроги останетесь в стороне. Они решат, что это дело рук одного из них – и начнут распрю. Мы лишь поможем свершиться неизбежному.
Хойзе надолго замолчал. Война… Рано или поздно это должно произойти: он никогда не смирится с нынешним положением вещей. И кое-что в этом направлении, конечно же, делается: очень осторожно и постепенно, дабы не вызвать у соперника и тени подозрения. Но выбранная стратегия была рассчитана даже не на годы – на десятилетия. То, что предлагала эта странная дев… Женщина, казалось самоубийственной авантюрой. И тем не менее он собственными глазами видел, на что она способна. А если таких фрогов будет несколько… А если – несколько десятков? Невидимых, никому, кроме него, неизвестных, вездесущих убийц? Не это ли та сила, что окончательно и бесповоротно склонит чашу весов в пользу его клана?
– Что ты станешь делать, если я откажусь?
– Буду искать того, кто согласится. Рано или поздно найду. Но ты навсегда упустишь свой шанс.
Над столом вновь повисло молчание.
– Мне нужно время, – наконец, откликнулся Хойзе. – Я должен всё обдумать. Войну нельзя начинать, не подготовившись.
– Значит, ты согласен?
– Допустим… – Хойзе прищурился. – Предположим. Но разумеется, прежде чем я предприму хоть что-нибудь, мне нужны будут веские доказательства твоих слов.
– В своё время ты их получишь. А пока назови имя врага. Любого. И дай мне нож.
– Зачем? – нахмурился Хойзе.
– Чтобы ты убедился в серьёзности моих намерений. Любую сделку надо чем-то скреплять, ночной владыка. Эту мы подпишем кровью.
Казалось бы, чего проще – зафрахтовать лёгкую вёсельную лодку в городе, окруженном озёрами и разливами рек? Не тут-то было: все подходящие посудины оказались заняты. В порту царила толчея и сутолока. Хмурые вояки в табачно-буром болотном камуфляже с эмблемами инженерных войск таскали на шлюпки плоские ящики. Другие ящики, длинные и объёмистые, ждали своей очереди в штабелях. Скрипели тали и блоки лёгких переносных кранов. Возле берега покачивались понтоны – здоровенные спаренные поплавки. На них, удерживаемые многочисленными канатами, были навьючены знакомые решётчатые фермы – секции энергонесущих вышек.
– С моря ждут тайфун! – охотно поделился новостью один из местных зевак. – В кои-то веки армейские решили заранее подсуетиться – и правильно! А то каждый раз приходится ждать, когда подачу восстановят!
– Ага. Только где мне теперь лодку искать?
– Ну, парень, не знаю! Здесь они всё подчистую выгребли; рыбаки уже изворчались – даже плоскодонки реквизируют! А что поделаешь, именем Его Величества – имеют, значит, право, да…
– И надолго это?
– А кто ж его знает, окромя князей преисподней! Это как пойдёт… Тебе куда надо-то?
– В резиденцию господина Хойзе.
Мой собеседник моментально заткнулся и, смерив меня тяжёлым взглядом, ввинтился в толпу. Да, это имя тут крепко помнят, ничего не скажешь…
Неподалёку вдруг отчаянно загомонили, послышались предостерегающие крики. Один из длинных ящиков, неудачно закреплённый, выскользнул из строп – и с треском обрушился на причал. Крышка отскочила, явив содержимое – толстенный цилиндр из тусклой бронзы. Ругань взлетела до небес. Военные забегали, словно муравьи, спешно наводя порядок. Надрывались сержанты. Похоже, растяпе обеспечены внеочередные наряды до конца года… Зевак оттеснили подальше. Я развернулся и стал проталкиваться сквозь толпу: ловить здесь явно было нечего.
