– Ну, есть у амулета мелкие недостатки, – сдался орк.
– Точнее.
– Эффект омоложения длиться всего неделю, – выдал Рыгор.
Признаться, эта новость меня обрадовала. Я вовсе не чувствовала себя готовой заниматься воспитанием детей, даже если ребёнок – моя восемнадцатилетняя служанка. Но орку своей радости не выдала.
– Что ещё? – потребовала я.
– На одно существо действует только один раз.
– Ещё?
– Ещё, Слик его знает, какой конец этого демонского амулета в очередной раз окажется рабочим! – рявкнул раскрытый мошенник.
ХА-ХА-ХА! СЛИК, КАК РАЗ И НЕ ЗНАЕТ. ЗНАЮ Я.
– О, прекраснейшая богиня, ты не только прекрасна, но и умна, как тысяча казгардских мудрецов! – завёл старую песню орк.
– Ага, а ещё такая же древняя, седая и морщинистая? – перебила я. – Рыгор, говори нормально.
– Что ты собираешься делать? – перешёл мой клиент на нормальный язык.
– Во-первых, выпроводить из своего подворья надоевших орков, – заявила я. – Приказывай своим головорезам, пусть выметаются.
– А как же мой конь?
– Считай, что нашёлся твой жеребец, – отмахнулась я. – Никуда он, скорее всего, и не пропадал. Дело-то простое, оказывается! Сложности всегда возникают, если клиент мне сразу всю правду не говорит. Освобождайте двор, и пойдём на твою пропажу полюбуемся.
– Госпожа Гата, я с вами, – пропищала изменённая Хатса, выбегая из дома.
Одета она была в какое-то странное платье. Приглядевшись, я опознала в нём лучшую выходную рубаху Лива, которую дворник очень берёг. Вряд ли он так просто её отдал. Мда, изменение внешнего вида служанки совсем не сказалось на её характере.
Ужас! Весь город видел, как меня голую крапивой стегали – только сейчас это сообразила. И даже Пакор. Нет, теперь он меня точно замуж не возьмет. Но это не страшно, я и сама решила, что он мне не нравится. Ой-ой-ой! До сих пор всё горит. Меня последний раз так мамка в детстве порола. Когда я нашей козе рога отпилила, чтобы та не бодалась. Самое обидное, безрогая скотина ещё сильнее бодаться стала. Не везёт мне с козлиным племенем! Ведь и сейчас за козла досталось. Ой-ой-ой! Я уже и забыть успела, как больно, когда крапивой хлещут. А всё проклятый орк, страхолюдина зеленомордая, неисправный омолодитель подсунул. Надо госпоже Гате сказать, пусть обратно он свою испорченную палку забирает, а нам деньги платит. И ещё за морабельный ущерб. Мне знакомый купец рассказывал, что когда обдурить не получилось, жулик должен за морабельный ущерб платить. А орк и есть жулик, самый настоящий. Так что пусть золото готовит. Или жеребца искать не будем! И все равно, путь платит. А то два дня у нас на подворье жили, жрали до пуза, по ночам песни орали, красиво, конечно, но спать, страсть, как мешает.
Сама с ним торговаться буду, когда вырасту. Всего-то неделю потерпеть. А то я уже испугалась, что дитём останусь, и госпожа обратно в деревню отправит. Придется вновь гусей пасти, а они мои ноги щипать будут. Даже Лив меня такую совсем не боится, рубашку отдавать не желал. Подумаешь, жена подарила! Жена-то бывшая! Убежать хотел. Но не тут-то было! Оказывается маленькой очень удобно нашего дворника за хвост хватать.
Ну вот куда они так быстро идут? Бегом еле за ними поспеваю. Когда через базар шли, чтобы не отстать и не потеряться, хозяйку за подол ухватила.
Ой, что такое? Купцы новые эльфийские романы привезли. Беда! Мне же теперь их ни за что не продадут. А там очень завлекательно любовь описывается. Хотя врут много. Не такие уж эльфийки и прекрасные. Видела я их. Худые больно. У меня фигура много красивше… была. То есть будет.
Ладно, книжку я всё равно достану. Госпожу попрошу купить, а лучше Лива. И пусть только попробует отказаться. А пока можно Рыгора послушать, он точь-в-точь как в тех книжках с хозяйкой разговаривает.
Прислушалась. Орк зеленомордый, как нарочно, перестал изъясняться по благородному, зря, надо сказать, и теперь госпоже рассказывает, как много денег на штрафы истратил. Так тебе и надо! А нам всё равно заплатить придётся.
Мда, по-видимому, действительно, хватит мне дурака валять. Судя по тону, ничего мне от сыщицы в личном плане не светит. Жаль!