Хек вошел без стука, настежь распахнув дверь кабинета:
— Раз сегодняшнее утро испорчено, рабочий день заканчивается, а вечер, если ничего не предпринять, будет проведен в море женских слез обиды на жизнь…
Марван цокнула языком и, прикрыв глаза, спросила:
— У господина Мерлузы есть предложения?
Из-за спины Хека выскользнула улыбающаяся Рита:
— Мы предлагаем провести остаток дня в «Ленточном черве»! Совместим частное патрулирование с прогулкой, если тебе станет от этого легче, — не давая Марван вставить слово, тараторила секретарь. — Вероятно, это последний день, когда мы сможем думать о чем-то, кроме работы, Марв!
Старший детектив покачала головой:
— Я пойду домой и лягу спать.
Секретарша приподняла бровь и снисходительно улыбнулась.
Компания из трех человек нога в ногу шагала по бульвару, по-солдатски выстроившись в линию. Кофейни и продуктовые лавочки, протянувшиеся вдоль улицы, не желая терять прибыли в погожий день, выставили под козырьки столы и стулья, заманивая посетителей напитками и закусками.
— Крабы и креветки! Жмых и сигаретки! — кричали зазывалы.
Уличные музыканты играли на инструментах и пели забавные песенки, развлекая публику:
Люди столпились возле исполнителей, смеясь и хлопая в ладоши. Хек подкинул монетку, бросил ее одному из артистов, и тот, подпрыгнув, поймал ее в воздухе. Подмигнул и слегка поклонился, не переставая напевать. Рита подставила лицо уходящим солнечным лучам и взяла Марван под руку.
— Как хорошо, не правда ли? — обратилась девушка к старшему детективу.
Женщина вынуждена была признать, что этот вечер им всем был крайне необходим.
— Правда, — просто ответила Марван.
Троица остановилась возле витрины, с любопытством разглядывая ее содержимое. За стеклом на прилавках, обитых черным бархатом, на маленьких воздушных подушечках лежали разнообразные модели фотоаппаратов. Под каждым из них красовалась табличка и историческое фото.
— «Негативы от Авраама», — вслух прочитал Хек.
Десять минут спустя у каждого в руках было по снимку. На всех господин Мерлуза не сводил глаз с Риты Наваги, а Марван Катран запечатлелась со страдающей улыбкой на лице. Дойдя до пункта назначения, компания выбрала себе дальний столик. Издержки профессии заставили друзей не сговариваясь занять место с самым широким углом обзора.
— Кто что будет? — галантно спросил Хек, открывая меню. — Я чертовски голоден.
— В «Ленточном черве» разливают отличный жмых, — со смехом повторила Марван слова Карпуна.
— А еще тут подают прекрасное филе лосося со свежими овощами.
За разговорами троица не заметила, как пробежало время. Стемнело. На улицах зажглись фонари, а на столы вынесли зажжённые трикирии[i]. Женщина смотрела на счастливых Риту и Хека и что-то внутри нее неприятно шевелилось. Одиночество змеей проникло в душу детектива, и, если бы не выпитый жмых, Марван никогда бы не позволила ей зарыться в тугой клубок своих чувств. Женщина поняла, что не может поддерживать разговор, если тот не касается работы в агентстве, и поднялась из-за стола:
— Выйду подышать свежим воздухом и вернусь, — улыбнулась старший детектив, накидывая пальто.
— Возвращайся скорее, сейчас принесут жареный чесночный хлеб! — воскликнул Хек и как будто случайно накрыл руку Риты своей ладонью.
Марван толкнула двери и очутилась на улице. Жизнь в центральном районе округа не прекращалась с приходом ночи: по бульвару сновали торговцы сувенирами, влюбленные парочки и музыканты. Вдруг старший детектив заметила среди толпы рыжую шевелюру. Ребенок с веснушчатым лицом и хитрыми глазами, которые блестели сквозь стекла его круглых очков, отвлекал музыкантов, показывая им фокусы. Пока артисты в изумлении оглядывали конфетти от взорвавшейся хлопушки, малец стащил из шляпы деньги, которые те заработали за вечер, играя для проходящей публики.
— Эй! — окликнула мальчугана старший детектив.
Он обернулся на ее голос, и оба застыли в узнавании. Странно, но беспризорник не ринулся наутек, а, наоборот, пошел к ней навстречу, по пути расталкивая прохожих. Вдруг ребенок вскрикнул и Марван увидела, что его держит за шиворот молодой человек, одетый в дорогое пальто. Мальчишка, не растерявшись, бросил цилиндр использованной хлопушки в лицо пленившему его господину, и тот, ошарашенный детской наглостью, ослабил хватку и выпустил беспризорника из рук.
— Вам нужно уходить отсюда, сейчас же! — заорал мальчишка, спотыкаясь, но настойчиво пробираясь сквозь толпу.
Хек и Рита тоже вышли наружу, услышав непонятные возгласы, и стояли, наблюдая за этой картиной.
