Хек и Рита обернулись на стук каблуков Марван. Луч солнца, упавший на их лица, выхватил пучки мелких морщинок в уголках глаз. И без того серые лица пропитались застывшим отчаянием. «А ведь они тоже немолоды», — с удивлением подумала детектив, но вслух съязвила:
— Если бы пошел дождь, вы бы спрятались под козырьком?
Сдвинув черные брови к переносице, женщина посмотрела на коллег так, как смотрят на кусок очень дорогой, но случайно протухшей рыбы — с сожалением и злостью.
— Мы… мы, — заикаясь, проговорила Рита, — мы ждали тебя, чтобы зайти вместе.
Перед глазами Марван возникла картинка: главный бухгалтер и по совместительству секретарь детективного агентства Рита Навага, едва завидев мёртвого начальника в окне офиса, разворачивается на пятках, и её красные резиновые сапоги удаляются, мелькая в бледном зареве холодного утра. «Эта рыжая ведёт еще несколько фирм, без работы не останется, — подумала Марван. — Но она всё еще здесь». Хек источал стойкий запах перегара и чуть заметно покачивался на ветру. Он не смог бы убежать, даже если бы захотел. Брови Марван расслабились:
— Ладно. Идите за мной.
В офисе было тихо. Из кабинета старшего детектива доносилось мерное тиканье часов, воздух был густой, как застоявшаяся вода, а время, казалось, замерло на месте. За мутным стеклом двери угадывались очертания обстановки. Как и входная, дверь в кабинет господина Карпуна оказалась незаперта. Марван медленно толкнула её, и та с лёгкостью поддалась. Старший детектив сидел в кресле, и издалека казалось, что он уснул за размышлениями о деле, за которое взялся накануне. Шляпа его чуть сползла на лоб, погружая лицо в тень, а голова подалась вперед, повиснув на массивной шее. Ворот белоснежной рубашки был расстегнут на несколько пуговиц, а узел галстука сильно расслаблен, и тот свисал ненужным, безжизненным лоскутом ткани. Руки были сложены на животе, пальцы сплелись в замок, и в свете утреннего солнца на них то и дело поблескивала чешуя.
— Старший детектив? — еле слышно проговорила Марван. Ее голос охрип, и женщина, откашлявшись, крикнула: — Господин Карпун!
Старик не пошевелился. Рита тихонько пискнула и шагнула назад, приложив дрожащую руку ко рту. Хек, осев на диван приемной, порывисто выдохнул.
— Стойте в коридоре, — скомандовала Марван и перешагнула порог кабинета.
Женщина была неправа: кое-что с момента её вчерашнего ухода изменилось. Детектив переоделся и развернул кресло так, чтобы из окна видеть город. На нём был его лучший и единственный костюм. Марван узнала его сразу, потому что синяя ткань в серую клеточку всколыхнула волну неприятных воспоминаний. Она вспомнила, как наставнику позвонила двоюродная тетка и сказала, что его дочь выходит замуж всего через несколько дней. Детектив так и не получил приглашения, но в назначенную дату явился на работу ни свет ни заря, в новом парадном костюме в серую клетку и до блеска начищенных туфлях. Целый день просидел у себя в кабинете, сверля взглядом телефонный аппарат. Рита старательно отклоняла все пустяковые звонки и не переводила их на линию начальства. Старик был готов выбежать из здания в любой момент, но ему так никто и не позвонил.
К концу рабочего дня Марван достала из своего рабочего шкафчика заранее приготовленное простое, но стильное черное платье и переоделась прямо в офисе. Накинув пальто, женщина постучалась в кабинет старшего детектива и вошла, чтобы попрощаться. Карпун расплылся в рабочем кресле, устремив взгляд в окно.
— Идёшь на свидание? — повернув к Марван грузную голову, булькнул руководитель.
— Вообще-то уже нет, — поджав губы, процедила она. — Когда я сказала, что нужно забрать меня с работы и назвала адрес, болван просто положил трубку.
Старик и женщина помолчали. Марван, потеребив ткань воротника, окинула себя придирчивым взглядом:
— Я надевала это платье уже трижды и никуда не пошла. Сдается мне, если и сейчас не получится, придется оставить этот наряд для похорон.
Старший детектив издал негромкий смешок и, вставая, проговорил:
— В таверне «Ленточный червь» разливают отличный жмых.
Они оба знали, что Марван никто на свидание не звал…
Из воспоминаний женщину вырвал запах запёкшейся крови.
Подойдя ближе, она увидела на белоснежном воротнике россыпь алых капелек. Марван набрала в легкие побольше воздуха и осторожно протянула руку к отворотам рубашки. Отогнув хрустящую ткань, она лишь утвердилась в своей догадке: на шее старшего детектива, прорезая щетинистую поверхность загрубевшей кожи, сформировались жабры. Марван посмотрела через плечо на стоящих в дверях Хека и Риту.
— Он задохнулся, — бросила она в пространство комнаты, в котором моментально образовалась дыра. Теперь, незримая, она всегда будет присутствовать в кабинете, пока память тех, кто знал старшего детектива, не угаснет.
Выйдя из кабинета и захлопнув за собой дверь, женщина бросила взгляд на измученных и испуганных коллег:
