Дарби не имела желания встречаться с этим человеком. Ее мысли были заняты тем, как ей скрыться. Она могла бы указать на человека в черной кепке, но вот уже тридцать минут, как его на обычном месте не было. Да и что ФБР могло предпринять? Им бы пришлось сначала схватить его, а что дальше? Обвинить его в том, что слонялся и замышлял засаду? Применить к нему пытки и заставить все рассказать? Они скорее всего не поверят ей. У нее не было желания иметь дело с ФБР. Она не хотела их защиты. Она собиралась отправиться в путешествие, и никто не будет знать куда. Может быть, только Грэй. А может, и нет.
Он набрал номер телефона в Белом доме, и они взялись за отводные трубки. Кин включил магнитофон.
– Флетчера Коула, пожалуйста. Это Грэй Грантэм из «Вашингтон пост». Очень срочно.
Он ждал.
– Почему Коула? – спросил Кин.
– На все дает разрешение только Коул, – сказал Грэй, прикрыв рукой микрофон.
– Кто это сказал?
– Источник.
Секретарша ответила, что Коул на подходе. Ждите. Грэй улыбался. Адреналин накапливался.
Наконец прозвучало:
– Флетчер Коул.
– Да, мистер Коул. Это Грэй Грантэм из «Пост». Я записываю разговор. Вы слышите?
– Да.
– Верно ли, что вы издали директиву для всех сотрудников Белого дома, кроме президента, о том, что все контакты с прессой должны прежде всего одобряться вами?
– Совершенно неверно. Эти вопросы решает пресс-секретарь.
– Понятно. В утреннем выпуске мы печатаем материал, который подтверждает факты, изложенные в деле о пеликанах. Вы знакомы с делом о пеликанах?
– Знаком, – медленно прозвучало в трубке.
– Мы подтвердили, что господин Маттис внес свыше четырех миллионов долларов на проведение предвыборной кампании президента три года назад.
– Четыре миллиона двести тысяч, и все по легальным каналам.
– Мы также полагаем, что Белый дом вмешивался и пытался препятствовать расследованию ФБР по делу господина Маттиса. Нам хотелось бы услышать ваши комментарии по этому поводу, если таковые будут.
– Это ваши соображения или то, что вы собираетесь печатать?
– Мы сейчас пытаемся найти подтверждение этому.
– И кто, по вашему разумению, может это вам подтвердить?
– У нас есть источник, господин Коул.
– Конечно же, есть. Белый дом отрицает какое-либо вмешательство в это расследование. Президент просил информировать о ходе расследования в целом после трагической гибели судей Розенберга и Джейнсена, но никакого прямого или косвенного вмешательства в какой бы то ни было аспект расследования Белый дом не предпринимал. У вас весьма неверная информация.
– Считает ли президент Виктора Маттиса своим другом?
– Нет. Они встречались лишь однажды, и, как я говорил, мистер Маттис был значительным вкладчиком, но другом президента он не является.
– Тем не менее он был крупнейшим вкладчиком, верно?
– Я не могу подтвердить это.
– Какие-нибудь другие комментарии?
– Нет. Я уверен, пресс-секретарь обратится к этому вопросу в своем утреннем выступлении.
Они положили трубки, и Кин остановил запись. Фельдман вскочил на ноги, потирая руки.
– Я бы отдал годовую зарплату, чтобы оказаться сейчас в Белом доме, – воскликнул он.
– Он был спокоен, не так ли? – спросил Грэй, восхищаясь выдержкой Коула.
– Да, но со всем своим спокойствием он оказался в очень неспокойном плавании.
Человеку с его положением, привыкшему внушать трепет, было трудно идти на поклон и со шляпой в руках просить мира. Смиренно, как только мог, он прошествовал через зал отдела новостей в сопровождении Льюиса К. О. и двух агентов. На нем был привычный мятый френч с ремнем, туго перепоясывавшим его короткую и тучную фигуру. Он шел не для того, чтобы нанести удар, но его манера и походка не оставляли сомнений в том, что он умеет добиваться своего. Все в темных костюмах, они напоминали телохранителей крестного отца мафии. Шум в зале отдела новостей мгновенно стих при их появлении. Даже когда он не наносил ударов, будь он смиренным или каким угодно, Ф. Дентон Войлз являлся фигурой.
Небольшая группа редакторов в напряжении топталась в маленьком холле у дверей кабинета Фельдмана. Говард Краутхаммер, знавший Войлза, встретил его на входе. Они пожали друг другу руки и тихо перебросились парой фраз. Фельдман говорил по телефону с господином Людвигом, издателем, который в данный момент находился в Китае. Смит Кин присоединился к разговору и обменялся с Войлзом рукопожатием. Два агента остались стоять в стороне.
Фельдман открыл дверь кабинета и, выглянув в зал, увидел Дентона Войлза. Он жестом пригласил его войти. За Войлзом последовал Льюис К. О. Пока Смит Кин закрывал за ними дверь, они обменялись приветствиями и расселись по местам.
– Я так полагаю, ты получил железное подтверждение фактов дела о пеликанах, – сказал Войлз.
– Да, получил, – ответил Фельдман. – Почему бы вам с мистером Льюисом не прочесть подготовленный вариант статьи? Я думаю, это все прояснит. Через час мы собираемся запускать его в печать, и автор статьи, мистер Грантэм, хотел бы предоставить вам возможность прокомментировать ее.
– Я ценю это.
