- Все было о'кей. Довольно слабая попытка изобразить самоубийство, насколько мы можем сейчас судить. - Он отпил горячего кофе.
- Где девушка? - спросил Троуп.
- Мы потеряли ее в О'Хара. Может быть, она в Манхэттене, но мы не уверены. Мы ищем.
- И они ищут, - Троуп отпил холодного кофе.
- Уверен, что ищут.
Они смотрели на пьяницу, который свалился со скамейки. Падая, он сначала с глухим стуком ударился головой, но, вероятно, ничего не почувствовал. Он перевернулся, и изо лба начала сочиться кровь.
Букер посмотрел на часы. Эти встречи были очень короткими.
- Каковы планы мистера Войлса?
- О, он вовсю начал расследование. Вчера вечером он послал пятьдесят групп, и сегодня пошлет еще. Он не любит терять людей, особенно тех, кого знает.
- А что с Белым домом?
- Он ничего не собирается им говорить, и, возможно, они ничего не выяснят. Что они знают?
- Они знают Маттиса.
При мысли об этом Троуп выдавил легкую усмешку:
- Где находится мистер Маттис?
- Кто знает. За последние три года в этой стране его мало видели. У него, по крайней мере, полдюжины домов в стольких же странах, он летает на реактивных самолетах и плавает на кораблях, так что кто знает.
Троуп покончил с булочкой и смял обертку.
- Это дело приперло его к стенке, верно?
- Это отличная работа. Но если бы он сохранял спокойствие, то его можно было бы просто не заметить. Но он пришел в бешенство, начал убивать людей, и чем больше он убивает, тем большее доверие получает дело.
Троуп бросил взгляд на часы. Потрачено слишком много времени, но разговор получился полезным.
- Войлс сказал, что ему, возможно, понадобится ваша помощь.
Букер кивнул:
- Договорились. Но это будет очень трудный случай. Во-первых, возможный исполнитель мертв. Во-вторых, возможный посредник неуловим. Была тщательно продуманная конспирация, но конспираторы пропали. Мы попытаемся найти Маттиса.
- А девушку?
- Да. Мы попытаемся.
- Что она думает?
- Как остаться в живых.
- Вы можете ее сюда привезти?
- Нет. Мы не знаем, где она находится, и мы не можем хватать ни в чем не повинных граждан посреди улицы. Сейчас она никому не доверяет.
Троуп поднялся, держа в руках свой кофе и сумку.
- Я не могу ее за это винить.
Он ушел.
Грентэм держал в руках туманную фотографию, переданную ему факсом из Феникса. Она была ученицей предпоследнего года обучения в Аризона Стейт, очень привлекательная двадцатилетняя девушка. В списках значилось, что она специализировалась в биологии. Он позвонил двадцати Шоу в Денвере, прежде чем остановился. Второй факс был от представителя Ассошиэйтед Пресс в Новом Орлеане. Это была копия ее снимка как первокурсницы Тьюлана. Волосы были длиннее. Где-то в середине ежегодного альбома агент АП отыскал фото Дарби Шоу, пьющей диетическую колу на пикнике в колледже. На ней были мешковатый свитер и потертые джинсы, которые отлично на ней сидели. Было ясно, что этот снимок положил в альбом какой-то ее большой поклонник. Фото выглядело так, как будто было взято из журнала "Bore. Она смеялась, глядя на что-то или на кого-то на пикнике. Зубы были идеальными, а лицо теплым. Это фото он прикрепил кнопкой к маленькому бару рядом со своим письменным столом.
Был и четвертый факс, фото Томаса Каллахана, просто для дела.
Он положил ноги на стол. Было почти девять тридцать, вторник. Отдел новостей жужжал, гудел и вибрировал, как хорошо организованный бунт. За последние двадцать четыре часа он сделал восемьдесят звонков, и в результате у него ничего не было, за исключением этих четырех снимков и пачки финансовых бумаг по избирательной кампании. Он никуда не продвигался, да и, собственно, зачем. Она была готова все рассказать. Он бегло пролистал "Пост" и увидел странную историю о каком-то Гэвине Верхике и его смерти. Телефон зазвонил. Это была Дарби.
- Вы видели "Пост"? - спросила она.
- Я пишу "Пост", запомните.
У нее не было настроения препираться.
- История об адвокате из ФБР, убитом в Новом Орлеане, вы ее видели?
- Я как раз ее читаю. Она что-нибудь говорит вам?
- Можно сказать, да. Слушайте внимательно, Грентэм. Каллахан передал дело Верхику, который был его лучшим другом. В пятницу Верхик прилетел в Новый Орлеан на похороны. На протяжении уик-энда я говорила с ним по телефону. Он хотел мне помочь, но я боялась. Мы договорились встретиться вчера в полдень. Верхик был убит у себя в комнате около одиннадцати вечера в воскресенье. Вы все понимаете?
- Да, все понятно.
- Верхик не показался на нашей встрече. К тому времени, конечно, он был мертв. Я страшно испугалась и покинула город. Сейчас я в Нью-Йорке.
- Хорошо, - Грентэм писал с бешеной скоростью. - Кто убил Верхика?
- Я не знаю. На этом история далеко не кончается. Я прочитала от корки до корки "Пост" и "Нью-Йорк таймс" и ничего не увидела еще об одном убийстве в Новом Орлеане. Это произошло с человеком, с которым я разговаривала и думала, что передо мной был Верхик. Это длинная история.
- Похоже на это. Когда я смогу услышать эту длинную историю?
- Когда вы сможете приехать в Нью-Йорк?
- Могу быть там к полудню.
