Ты пытаешься устроиться поудобнее, но внутри часов тесно, и у тебя уже затекает нога. А куратор Громсвист и сержант Ерундина всё стоят в центре зала. Громсвист сняла свою шапку, и древние змеи у неё на голове медленно извиваются.
– Я что-то не понимаю, – говорит сержант Ерундина. – Мне казалось, что губка времени была основным экспонатом выставки.
Громсвист кладёт руку на пустой постамент:
– Да, была. Безусловно, она привлекала множество посетителей. Но её исчезновение… Это был гениальный рекламный ход!
– Рекламный ход? – озадаченно переспрашивает Ерундина.
– Похоже на то. Я почти жалею, что сама не додумалась её украсть. «Аномальные новости Хейвентри» и Радио Теневой стороны уделяют большое внимание этой истории. Они называли её тайной запертой комнаты, а публика любит хорошие тайны. Мой телефон не умолкает с утра.
– То есть вы снова откроете выставку путешествий во времени уже без губки?
Громсвист отклеивает от стены бумажную табличку над раковиной памяти и протягивает её Ерундине.
– Нет. Мы не будем заново открывать выставку путешествий во времени. Добро пожаловать на наш новый музейный квест «Преступление в запертом зале». Посетителям будет предложено собрать все улики и попытаться самим разгадать тайну. Оказалось, что это весьма популярное развлечение. Все билеты распроданы на две недели вперёд.
Она аккуратно приклеивает новую бумажную табличку на место старой.
– Лично мне кажется, что главный подозреваемый – профессор О'Лири. Во время кражи русалки были в отеле, так что с них подозрения снимаются. Впрочем, неважно, что думаю я. В последний раз в нашем музее наблюдался подобный ажиотаж ещё в тысяча восемьсот девяносто пятом году, когда у нас была выставка проклятых талисманов из Древнего Египта, – говорит куратор Громсвист. – Мумиям очень понравилось. – Она наклоняется и поднимает с пола миску из-под теста для предсказательного печенья.
– Нельзя трогать улики… – говорит Ерундина. – Эй, постойте. Раньше миска стояла на месте. Как она оказалась на полу? Вы нарушаете распоряжение полиции. Здесь нельзя ничего трогать и уж точно нельзя пускать в зал посетителей.
– Это мой музей, и я здесь делаю то, что хочу, – отвечает куратор Громсвист. – Мне нужно подготовить новую выставку. Она будет заманчивой, интригующей и… экспериментальной. – Её глаза сияют, а дряхлые змеи на голове громко шипят.
– Но… но… вы продаёте билеты на место преступления, – возражает Ерундина. – Старший инспектор Дарка этого не одобрит.
– Это правда, – соглашается Громсвист. – Но он один из главных подозреваемых. В конце концов, у него был ключ. – Она указывает в дальний угол, где на стене висят ключи и несколько увеличенных снимков с отпечатками пальцев.
Там же висит фотография Дарки с надписью «ПОДОЗРЕВАЕМЫЙ».
Несмотря на явное неодобрение действий куратора, Ерундина заинтригована. Она подходит поближе и рассматривает экспозицию.
– Но ведь у вас в кабинете есть запасной ключ от зала? – спрашивает она.
– О! Отличная мысль! – оживляется куратор Громсвист. – Надо будет добавить его к уликам.
– К уликам! – возмущённо восклицает Ерундина. – Уголовными делами должна заниматься полиция, а не представители любопытной общественности.
– Да, только в нашем конкретном случае сразу несколько сотрудников полиции входят в список подозреваемых. – Громсвист нажимает на кнопку. На стене открывается панель, и под ней обнаруживается огромный плакат с фотографиями и множеством стрелок, указывающих на различные улики. Этот плакат напоминает тебе твои собственные заметки.
– Вы сделали доску расследования?! – возмущается Ерундина. – Да как вы смеете?! – Чем сильнее она злится, тем визгливее и тоньше становится её голос.
– Милая, успокойтесь. А то ещё, чего доброго, свалитесь с ходулей. – Куратор Громсвист берёт из чуланчика тряпку, подбирает пролившееся на пол тесто и выжимает его в миску. – Не смею вас больше задерживать, инспектор. Не хочу тратить зря драгоценное время полиции.
– Я ещё не инспектор, а только сержант.
– Да? Странно. На тесте для предсказательного печенья было написано, что вы инспектор.
– Правда? – Глаза Ерундины загораются при мысли о повышении.
Они обе выходят из зала. Ты стараешься не дышать.
– Да, но всё-таки тесто – не самый надежный источник. – Куратор Громсвист останавливается в дверях. – Кстати, когда вы встретитесь с вашим начальством…
– Со старшим инспектором Даркой?
– Нет, я имею в виду высшее начальство, ночного мэра Франклфинка. Так вот, передайте ему, пожалуйста, то ему придётся повременить с открытием торгового центра. Наш музей продолжает работу. – Она широко улыбается.
– Я не работаю на ночного мэра, – говорит Ерундина. – Политики приходят и уходят. Закон и порядок – вот что незыблемо. Им я и служу.
Змеи на голове Громсвист громко шипят.
– Приятно слышать, – говорит куратор. – А я служу своему музею, и сейчас я должна подготовить его к открытию.
Кажется, Ерундина хочет сказать что-то ещё, но закусывает губу и уходит. Куратор Громсвист направляется к лестнице, ведущей в её кабинет.
