–Дмитрий аргументирует это тем, – произнёс Новиков, – что давление на него началось сразу после посещения кабинета прокурора. И это правда. Но насчёт самого прокурора я сильно сомневаюсь. У него есть и другие рычаги воздействия на неугодного сотрудника УВД.
–Его бы в первую очередь выгнали с работы, – хмыкнула Алина.
–И вот с этим я полностью согласен, – тут же кивнул следователь прокуратуры, – не стал бы прокурор заниматься фигнёй, а двигался бы уже испытанной дорогой.
–Тогда объясните действия суда и налоговой? – предложил им Овсов.
–Тут многое надо объяснять, со временем распутаем, – не согласился с ним Александр Валерьевич, – даже действия Бруталова непонятны. То ли он следит за тобой, то ли за двумя мужчинами, считая их либо владельцами игровых автоматов, либо подозреваемыми в убийстве Супримова. А, может, он сам имеет отношение к убийству своего начальника и крутится у нас перед носом, чтобы помешать расследованию преступления.
–Кстати, очень хорошая мысль, – перебил его Дмитрий, – вот мы сейчас и проверим, за кем следит Бруталов. С помощью Ксении.
–Мне придётся бегать за ним с видеокамерой?
–Не за ним. За мной.
–Не поняла, зачем? – Шёпотова решила, что Овсов шутит.
–И сделаем мы это, – продолжил капитан милиции, – очень аккуратно, чтобы Бруталов никак не догадался, что следят именно за ним. Я буду отсылать тебе смс-ки, в которых заранее укажу точное время моего появления в каком-нибудь месте. А ты должна будешь к моменту моего появления уже находиться там и снимать то, что творится за моей спиной, на меня не обращая никакого внимания. Завтра и послезавтра тебя устроит?
–Вполне. Если у меня появится что-то срочное на работе, мы сможем перенести съёмку?
–Разумеется. Перенести, добавить новую, появиться в одном месте три раза подряд – всё в наших силах. Главное, отследить Бруталова или других шустрых ребят. Ещё вопросы есть? – Овсов повернулся к Александру Валерьевичу, но тот отрицательно покачал головой, – Кому вызвать такси?
–Вызови одно, – ответил Новиков, – нас развезут.
–Интересно, – заулыбалась Алина, когда гости ушли, и они с женихом выпили кофе, – и часто Яблоков попадает в подобные передряги?
–Не знаю, никогда не спрашивал. До меня только сейчас дошло, что парни в джинсовых куртках могут быть не в курсе того, что детектив умер.
–Ты думаешь, они убежали сразу и без оглядки? Не видели ни «Скорой помощи», ни машины из морга?
–Чтобы не рисковать, они могли не просто умчаться, а испариться. Но потом…
–Что потом?
–Непонятно их отношение к видеокамерам, которые снимали всё вокруг. Неужели они не видели мониторы на столе детектива и не сообразили, что их лица остались на записи?
–Если не сообразили сразу, то сообразят позже.
–То есть сегодня ночью детективное агентство попытаются ограбить?
–Очень даже может быть. И если не этой ночью, то следующей.
–Оптимистично, как говорит Феликс, – Овсов набрал номер телефона Новикова, – прости, что звоню, но когда до этих двоих из Малых Монахов дойдёт, что камеры наружного наблюдения их записали, то они захотят взломать агентство и уничтожить записи.
–И что тебя смущает? Они же ничего не найдут.
–Мы могли бы задержать их, предъявив покушение на детектива.
–Сомнительно.
–Проникновение в чужое помещение, если поймать их внутри, заодно проверить документы и фотоаппарат. А также более тщательно просмотреть бумаги детектива, вдруг где-то да оставил запись.
–Насчёт фотоаппарата мне нравится больше всего. Но кто туда пойдёт сейчас?
–Мы с тобой под запретом действий от прокурора города. Кроме Феликса, идти больше некому. Тем более, что ключи от офиса детектива остались у него, как у человека, который его обнаружил. Но ему должен звонить не я, а ты. И предупреди его, чтобы не геройствовал, увидит подозреваемых, пусть сразу вызывает патруль.
–Сейчас я его обрадую.
Ночь прошла на удивление спокойно и безмятежно. Напряжение, державшее Овсова трое суток подряд, немного отпустило. Это потому, что стали появляться новые данные по убийству Майнер и Супримова, понял Дмитрий, открыв глаза ранним утром. К сожалению, новые данные своим появлением обязаны смерти детектива.
Овсов и Алина позавтракали и отправились на работу. Не успел Дмитрий окунуться в ворох очередных поручений, как в кабинет стремительно вошла его невеста.
–Только не говори, что ты ищешь здесь Шёпотову, – попытался пошутить Овсов.
–Феликса ночью порезали, он сейчас в городской больнице номер восемь в отделении хирургии.
–Я поехал туда, – капитан милиции ощутил холодок в животе и, предчувствуя недоброе, подхватил рабочую папку и отправился в больницу.
Возле койки с улыбающимся Яблоковым рыдала его жена. Лицо лейтенанта милиции украшали многочисленные синяки, разбитая губа опухла, обе руки покрывал толстый слой бинта до локтей, сам Феликс лежал немного на боку, прямо под капельницей.
