–И учти, разговор с Чурбак – это самое сложное. Я не знаю, как она будет реагировать на тебя, может, просто поговорит, а, может, матом покроет. Твоя задача: быть очень вежливым, подобострастным и исполнительным, какую бы хрень она не несла. Может, потребует, чтобы я отчёты привозил. Тогда схема чуточку другая – ты составляешь, я отвожу.
–Пойду, узнаю фронт работы на завтра.
–Дерзай.
Сотовый телефон зашёлся жаворонком.
–Да, Овсов слушает.
–Вас беспокоит начальник юридического отдела налоговой инспекции Васина Ирина Сергеевна. В Ваших интересах посетить нас как можно раньше.
–Для чего?
–Для предоставления разъяснений по поводу автомобиля.
–А по телефону нельзя?
–Ваше объяснение должно быть документально оформлено и Вами подписано.
–Сейчас можно?
–Да, кабинет четыреста восемнадцать, не забудьте свой паспорт.
Все внутренние стены налоговой инспекции прятались за пластиковыми панелями. Менялся только оттенок. От светло-голубого в коридоре до белёсого внутри кабинетов. Ирина Сергеевна встретила Дмитрия приветливо, практически радушно.
–Что ж Вы, голубчик, надо же Вам разобраться, а не прятаться от проблем.
–Да я как бы и не прячусь.
–Но Вы должны были явиться к нам, дать письменные объяснения…
–Я не против, просто мне никто не сказал.
–Хорошо, – Васина взяла паспорт Овсова и занесла данные в компьютер, – сейчас я распечатаю протокол, а Вы на второй странице дадите объяснение, и мы с Вами полюбовно разойдёмся.
Заурчавший принтер выплюнул два листка бумаги, начальник юридического отдела скрепила их степлером и, развернув листы, отдала Дмитрию вместе с паспортом.
–Вот здесь, – она ткнула в незаполненные строки шариковой ручкой, – напишите Ваши возражения.
–Хорошо, – Овсов достал свою ручку и сделал вид, что обдумывает предстоящую писанину самым серьёзным образом. Однако, тот факт, что ему даже не предложили прочитать весь протокол, не просто удивил его, но шокировал. Никогда в милицейской практике Дмитрия не случалось подобного – чтобы он требовал от человека подписать бумагу, не ознакомившись с ней. Ведь может произойти нелепица, которая приведёт к тому, что документ признают недействительным. Например, занесены, ошибочные данные. Обвиняемый в суде просто ткнёт пальцем в ошибку и твёрдо скажет: «Это не про меня». И будет прав.
Капитан милиции, воспользовавшись тем, что Васина отвлеклась на разговор по телефону, задумчиво перенёс бумаги под столешницу, развернул и начал читать протокол с первой строчки. Смысл происходящего разъяснился мгновенно – сотрудники налоговой инспекции пытались обмануть Овсова, заставляя его подписать документ и тем самым признать факт нарушения, который описывался на первой странице. Что он там насочиняет в пустых строчках, не имело никакого значения. Главное, чтобы стояла подпись под документом до истечения срока трёхлетней исковой давности. Очевидно, для того, чтобы потом подать в суд на злостного неплательщика налогов.
Вообще-то, Дмитрий ничего не имел против уплаты налога. Акт дарения существует в природе и, скорее всего, налог действительно следовало уплатить. Но зачем тогда обманывать клиента в такой наглой и циничной форме?
А, может, дело и не в налоге вовсе? Дело в этом протоколе. Чтобы были законные основания подать на гражданина Овсова в суд со всеми вытекающими последствиями. Вплоть до возбуждения уголовного дела.
Может, это и есть настоящая цель прокурора? Красиво-крикливая Чурбак всего лишь отвлекающий манёвр. А настоящий удар наносится исподтишка и стремительно разяще. Без шансов удержаться на ногах.
Ведь ещё никто не знает, что капитан милиции уже в курсе тесной связи между нынешней судьёй Чурбак и судьёй в прошлом – Васиной.
Дмитрий вернул протоколу первоначальный вид, чтобы начальник юридического отдела не поняла, что он его прочитал, и поднял наверх.
–Вы знаете, я очень плохо владею русским языком и никак не могу сформулировать мысли. Мне надо подумать несколько дней. Затем я вернусь к Вам, чтобы дописать.
–Напишите, как получится.
–Я так не могу. Что ж в протоколе будут три корявых слова болтаться? Нет, так нельзя.
–А Вы просто напишите – с протоколом не согласен. Так многие заполняют.
–Ну, а почему не согласен? С чем не согласен? А с чем согласен? Надо же всё отразить.
–Вы так говорите, как будто собираетесь роман написать. Это лишнее. Напишите коротко, по существу, и всё.
–Вот я как раз так и хочу, но у меня не получается сразу. Надо подумать, поразмышлять.
–Послушайте, не морочьте мне голову, это простой протокол, подписывайте.
–Не могу.
–А я говорю, подписывайте.
–Не могу.
–Да подписывай, тебе говорят!
–Не могу.
Ирина Сергеевна сурово сдвинула брови, встала, подошла к Овсову и бросила:
–Идите за мной.
Они вышли из кабинета и отправились в другой конец коридора. Дверь начальника налоговой инспекции оказалась открытой.
–Вот, полюбуйтесь, Галина Филимоновна, Овсов не хочет подписывать протокол.
–Почему? – удивилась высокая худая женщина пятидесяти лет в тщательно отутюженной форме.
–Говорит, тупой, плохо владеет русским языком.
