–Видел, какие люди вместо него придут.
–Он жаловался на работников прокуратуры?
–Нет, он никогда о работе не говорил. Не положено.
–Что ж, до свидания, всего хорошего.
Дмитрий и Новиков созвонились с Аленкой, и договорились встретиться возле гостиницы.
–Тебе не далеко сюда было идти?
–Что Вы, – худая девушка перестала смущаться присутствия сотрудников правоохранительных органов, повела себя естественнее, что выразилось в постоянном верчении тощего зада, – девчонки же здесь рядом работают. Я от них и иду.
–Прокуратура по соседству не мешает?
–Половина клиентов оттуда.
–Что-то узнала?
–Про Супримова ничего не изменилось. Никто плохого слова о нём не сказал. Зато есть такой – Бруталов, кажется, вот про него много насплетничали.
–Покороче.
–Кажется, Супримов собирался его выгнать.
Овсов и Новиков переглянулись.
–Насколько это правдоподобно?
–Бруталов сам жаловался на свою жизнь.
–Хорошо, – подвёл итог капитан милиции, – через несколько дней я тебе позвоню и сообщу результат моего разговора с начальством.
–Буду ждать, до свидания.
Мужчины зашли в гостиницу, собрали вещи и Дмитрий позвонил начальнику уголовного розыска, чтобы попрощаться. В результате разговора майор сообщил Овсову, в какое фермерское хозяйство лучше заехать для закупки нескольких ящиков яблок. Помимо желто-красных яблок в багажник машины поместились и три ведра клюквы.
Родной город ничуть не изменился за эти два дня. Та же осень, те же тучи, голуби и светофоры. Даже из налоговой инспекции никаких весточек не пришло.
–Малгов нас уже заждался, – Новиков торопил Дмитрия, ведя по коридору прокуратуры.
–Откуда он знает, что мы приехали?
–Я ему вчера вечером звонил, он просил сразу сообщить, когда приедем, – они вошли в кабинет начальства, кивнув секретарше, – здравствуйте.
–Проходите, – прокурор правой рукой указал на стулья, а левой принял бумаги, которые ему протянул Новиков.
Дмитрий автоматически отметил, что за последние пару недель попадает в этот кабинет уже в третий раз, и хозяин указывает на одни и те же стулья.
–То есть, – через десять минут произнёс Михаил Олегович, – служебная деятельность Супримова здесь ни при чём?
–Всё, что касается лично его, – ответил Александр Валерьевич, – то да, а вот, что касается Бруталова, то возникают вопросы.
–Интересно, – недобрым тоном протянул Малгов, – поподробнее, пожалуйста.
–Бакалдин, – рассказывать стал Овсов, – живёт с девушкой, бывшей проституткой. Они действительно являются парой, мы зашли в их квартиру и проверили это. С проституцией она завязала около трёх лет назад. За всё время она ни разу не слышала, чтобы Супримов был замечен не то, чтобы в правонарушении, а даже в чём-то неприличном. Мы попросили её ещё раз навести справки о покойном, но информация осталась на том же уровне: нигде, никогда, ни в чём, ни одной копейки. Зато Бруталов, посещавший проституток, жаловался им, что прокурор хочет его выгнать. Вы тогда говорили, что договаривались с Сергеем Степановичем о том, что он найдёт убийцу, и Вы его вернёте в нашу прокуратуру?
–Да.
–Он сам попросился заняться расследованием, или это была Ваша инициатива?
–Моя, – задумался Михаил Олегович, – он буквально за несколько часов до убийства звонил и долго ныл в трубку. Супримов уехал, свалил на него всю работу, а его не ценит, не уважает и так далее и тому подобное. Мне показалось логичным, что у него есть мотивация и я использовал её для раскрытия преступления.
–Убийство прокурора его как раз полностью устраивало, но виновен ли он в этом убийстве?
–Бруталов мог, – хмыкнул Малгов, – притвориться и этим звонком создать себе алиби. Заодно постараться лучше выглядеть в моих глазах.
–Возможно, он следил за мной только для того, чтобы найти кандидата на роль убийцы. Настоящее расследование ему либо безразлично, либо не нужно.
–А словам сожительницы Бакалдина верить можно?
–Она просила меня устроить ей свидание с ним. С ней надо начать работать, чтобы она повлияла на Бакалдина для облегчения расследования.
–В конце концов, – произнёс Новиков, – если он только телохранитель и к незаконному казино отношения не имеет, то вина его минимальна. Всё, что он делал, он совершал по распоряжению Агейкина.
–Я понял, – прокурор сделал пометку в своём блокноте, – вы потом эту девушку направьте ко мне для разговора.
–Хорошо.
Овсов и Новиков встали и пошли к следователю в кабинет.
–Мы хотели с тобой квартиру Майнер осмотреть.
–Да, я помню, но всё так закрутилось, что времени вообще не осталось.
–Зато теперь туда можно попасть, не опасаясь скандала. Ты обещал липкую ленту взять, чтобы потом дверь обклеить.
–Не забыть бы. Как там Феликс?
–Вчера выписали. Бегает, хромая. Собираемся сегодня вечером у меня.
Поднявшиеся на свой этаж Алина и Дмитрий увидели следователя прокуратуры, который прикладывал принесённый моток ленты к приклеенной на двери. Молодые люди остановились за спиной Новикова и стали его подбадривать, указывая, что можно наклеить на правую, затем на левую стороны, затем на верх, низ, середину. Да и вообще наискосок.
–Не подкалывайте меня, я всего лишь сравниваю цвета, чтобы не сильно отличалось.
