Она говорила громко, а в комнате было тихо, потому что все затаили дыхание. И поэтому было слышно каждое ее слово.
— Сегодня я не могу, у меня родители из Москвы приезжают, — нашелся Артем. — И они хотят, кстати, чтобы я в самое ближайшее время поехал во Францию. Ты, кажется, тоже туда собираешься?
Уже нет, — огорченно ответила Илона. — Если, правда, один конкурс пройду… Тогда, может быть… Но это еще не скоро.
А почему так? Ты же хотела ехать туда этим летом?
Не знаю почему. Бабушка то одно говорит, то другое. Она сама мне обещала а потом передумала. Кто-то ей деньги должен был дать, а потом не дал.
— И она уже но рассчитывает, что ей их когда-нибудь дадут? — на всякий случай уточнил Артем.
— Да глухо. Ода говорит, что если раньше и была, надежда, то теперь никакой. А кстати, Маргарита Павловна не приехала? Бабушка хочет ей что-то очень важное сказать.
Не приехала. Очень жаль, что ты; в Париж не едешь. Я тебе еще позвоню. До свидания — Артем быстро повесил трубку и облегченно вздохнул.
— И какие последуют из этого выводы? — спросила Лешка.
— Вы и сами все слышали. Что-то мне подсказывает, что бабка в похищении Маргариты ну никак не замешана.
— Мне почему-то тоже так кажется. Если бы она надеялась на сокровища, то не говорила бы своей любимой внучке о том, что у нее никогда не будет денег, — поддержал его Ромка и совсем по-иезуитски обратился к сестре — А теперь ты звони своему хахалю. Телефон его небось знаешь.
— Представь себе, не запоминала, — окрысилась Лешка.
— Тема, подскажи ей номер телефона Дарьи Кирилловны. Пусть позовет своего внучка, а Лешка с ним поговорит.
Да он скорее всего сейчас на работе, — нахмурились девочка.
Попросишь у нее его рабочий телефон. Давай-давай, звони, нечего филонить.
Лешка посмотрела на номер телефона, который бесстрастно сунул ей Артем, и, нехотя нажав на кнопки, услышала глубокий грудной голос Дарьи Кирилловны. Девочка представилась И попросила к телефону Андрея.
— Его, к сожалению, нет, но он скоро будет. А что же Риточка, так и не появилась?
Ты знаешь, я уже за нее волноваться стала. Тем более после того, как Жан-Жак мне сказал, что она пропала.
— Как Жан-Жак? — не поняла Лешка. — Когда сказал?
А я ему в Париж позвонила» — просто ответила Дарья Кирилловна. — По номеру, который он в своем объявлении дал. Он же был моим другом когда-то, вернее, они оба были моими друзьями. Когда на улице была плохая погода, они всегда в моей квартире встречались. А когда хорошая — то по городу бродили. А тут еще у Андрюши перстень появился, Похожий на тот, что у Риточки был. Он навеял мне массу разных воспоминаний — и хороших, и плохих, Вот я и решила поговорить со старым другом.
А на этот перстень можно посмотреть? — даже задрожав от волнения, спросила Лешка. — Я ведь очень хорошо помню тот, что у Маргариты Павловны был.
Разумеется, можно. Если хочешь, приезжай ко мне.
А я не одна.
Понятно. С ребятами? А Шурик снова на работе?
Да нет, он ногу подвернул. Случайно совсем, на пороге собственного дома. Он сейчас в больнице. Мы его туда сегодня отвезли, — как можно спокойнее объяснила Лешка и спросила: — А можно, мы прямо сейчас к вам приедем?
Приезжайте. Как раз и Андрюша подойдет. Если он тебе нужен, конечно.
Больно он мне нужен, — попрощавшись с Дарьей Кирилловной, пробормотала Лешка и вскочила. — Поехали скорее, перстень у нее!
— Какой перстень? Тот самый, который у тебя Пропал? — удивился Венечка.
— Почем я знаю, тот или не тот. А вдруг тот самый? А если тот самый, то зачем она родного внука тогда выдает? Или она делает это нечаянно? — затараторила Лешка, запутавшись в своих мыслях. — Поехали скорее?
Вень, что там у тебя?
Венечка давно отослал по электронной почте письмо во Францию и теперь напряженно вглядывался в экран монитора.
Загруженность в это время суток очень большая, ответ может прийти не так скоро. Да и не сидит же месье Жан-Жак весь день у компьютера! А давайте ему позвоним?
Звони быстрее — согласился Артем, — а мы погнали.
Венечка набрал длинный заграничный номер, но трубку во Франции никто не снял.
Дарья Кирилловна показалась ребятам еще моложе, чем при первой встрече. На этот раз на Пей было длинное» до самого пола, платье; обтягивающее стройную не по возрасту фигуру, а на шее сверкало красивое ожерелье.
— Заходите, — произнесла она своим грудным голосом и гостеприимно спросила, почти так же, как и в первый раз: — Есть будете?
— Будем, — с готовностью кивнул Ромка, и все вспомнили о том, что время уже давно перевалило за полдень, а они, кроме ненавистной овсянки, с раннего утра ничего не ели.
Дарья Кирилловна провела их в ванную комнату и заставила вымыть руки. Там пахло каким-то необыкновенно приятным мылом. А когда они вернулись на кухню, то увидели, что стол уже накрыт и у каждого на тарелке лежит по большому куску запеченного мяса с какими-то овощами. Вид у хозяйки был озабоченный, и Ромка понял, что на этот раз они не будут распивать чаи у самовара.
Дарья Кирилловна включила чайник «Тефаль», который тут же закипел, и деловито спросила:
