Адвокат Перри Мейсон неоднократно доказывал, что он гораздо смелее, умнее и догадливее полицейских. В этот раз ему предстоит защитить молодую женщину, обвиняемую в убийстве своего мужа.
Ночное небо обложили низкие, тяжелые облака. Холодный, моросящий дождик увлажнил тротуары и окружил нимбами городские фонари. Проезжающие мимо автомобили со свистом шуршали шинами по асфальту.
Большая часть зданий местного торгового центра была уже темна, но аптечный магазин на углу еще сиял ярким светом. По той же стороне улицы, примерно на полквартала вглубь, гостеприимными огнями светилось ночное кафе. Через улицу напротив в фойе кинотеатра уже погасили большую часть ламп. Последний сеанс подходил к концу, и через пять минут двери кинотеатра должны были распахнуться, чтобы исторгнуть на улицу поток поздних кинозрителей.
А тем временем в аптеке продавец рецептурного отдела заносил что-то в гроссбух. Длинная стойка для любителей содовой была свободной, но усталая девушка перетирала стаканы, готовясь к наплыву посетителей, которые должны были появиться здесь после закрытия кинотеатра. В течение семи минут все стулья будут заняты посетителями, в три ряда толпящимися вдоль стойки. И тогда на помощь к ней придут кассирша и аптекарь.
А пока здесь царило временное затишье, аптека терпеливо ждала последнего всплеска торговли, который должен был ощутимо увеличить дневную выручку.
Какая-то женщина торопливо прошла по Венс-авеню, свернула на проспект Крамера, остановилась и, прежде чем завернуть за угол, встревоженно осмотрелась по сторонам. Свет из окна аптеки выхватил из темноты ее лицо, обнаружив резкую линию решительно сжатого рта и застывший в глазах страх.
Она открыла дверь и вошла внутрь.
Кассирша, перед которой на столе рядом с кассовым аппаратом лежала открытая книга, продолжала читать. Девушка у сифона с содовой бросила на посетительницу вопросительный взгляд. Аптекарь отложил в сторону ручку и сделал движение вперед.
Но в следующий момент стало ясно, что женщину интересовали лишь две телефонные будки в отдаленной части магазина.
Впоследствии, пытаясь вспомнить ее внешность, все они пришли к выводу, что женщине было немногим более тридцати, у нее была стройная фигура, которую не скрыло даже широкое черное пальто с меховым воротником. Кассирша также заметила, что в руке она держала маленькую коричневую сумочку из крокодиловой кожи.
Возможно, они припомнили бы кое-что еще, если бы в следующий момент двери кинотеатра не распахнулись настежь и поток кинозрителей не вылился на тротуар.
Кассирша со вздохом захлопнула книгу. Продавец рецептурного отдела выставил рекламу витаминов к краю стойки, подвинув немного вперед картонную коробку с бритвенными лезвиями. Девушка у сифона с содовой вытерла руки о полотенце и принялась взбивать шоколад с солодовым молоком в электрическом миксере, поскольку знала, что уже в следующий момент коктейль будет заказан.
Женщина скрылась в телефонной будке и, открыв сумочку, извлекла из нее кошелек с мелочью.
Ее лицо слегка исказилось. Она тщетно пыталась сыскать в кошельке пятицентовик, затем едва ли не бегом бросилась к кассирше.
– Вы можете дать мне несколько пятицентовиков? Только, пожалуйста, побыстрей!
Кассирша наверняка разглядела бы ее как следует, но шумная толпа развязных подростков уже ввалилась внутрь, намереваясь полакомиться банановым коктейлем, сливочным мороженым с жженым сахаром, взбитыми сливками, шоколадным сиропом и дроблеными орешками.
Кассирша протянула ей пять пятицентовиков, измерила взглядом поток посетителей и повернулась к стойке с сифоном, чтобы помочь официантке. Пройдет еще минут десять, прежде чем лавина посетителей обрушится на кассу.
Женщина исчезла в телефонной будке. Никто не помнит, куда она делась после этого.
Пристроив клочок бумажки на полочку у телефона, она придавила его стопкой пятицентовых монет, потом опустила одну монету в щель телефонного аппарата и набрала номер.
Рука, держащая телефонную трубку, слегка подрагивала, глаза пристально вглядывались сквозь стекло будки в лица новых посетителей.
Женщина беспокойно вслушивалась в гудки на противоположном конце, затем трубку подняли, и звуки танцевальной оркестровой музыки послышались в ней одновременно с делано вежливым голосом, в котором звучали тщательно заученные слащавые нотки:
– Да. Здравствуйте.
– Побыстрей, пожалуйста. Я вас очень прошу. Я хочу поговорить с Перри Мейсоном, адвокатом. Позовите его к телефону и…
– Перри Мейсоном? Я боюсь…
– Позовите к телефону Пьера, метрдотеля. Мистер Мейсон сидит за столиком с молодой женщиной…
– Но Пьер очень занят. Вам придется подождать. Если вы спешите…
– Подойдите к Пьеру. Попросите его показать вам мистера Мейсона. Скажите мистеру Мейсону, чтобы он немедленно подошел к телефону. Это очень важно. Немедленно. Вы понимаете?
– Хорошо. Не вешайте трубку.
Затем последовала пара минут ожидания. Женщина беспокойно поглядывала на украшенные бриллиантами часики на запястье, хмурилась на телефон, произнося как заклинание:
– Побыстрей. О, пожалуйста, побыстрей!
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем из трубки донесся немного раздраженный голос адвоката: