– Если после того, как мистер Саммерс поставит на место всю мебель, вынесет из своей комнаты мусор и вымоет двери, вы еще и попросите его вычистить ковер и натереть паркет во всем доме – душевное равновесие вернется к нему гораздо быстрее.
– Как? – от изумления мисс Дэрроу уронила очки. – Но это мои обязанности!
– В медицинских целях, – успокоила доктор Бэнкс. – Лечение трудом зарекомендовало себя как эффективное средство в лучших психиатрических клиниках. Доктор Жане и доктор Бабински в Париже, замечательные психиатры Ганнушкин и Геллерштейн в России показывают, что метод дает блестящие результаты.
– Значит, мистер Саммерс будет лечиться дома? – вскричала экономка с непередаваемым облегчением. – Вы не отправите его в больницу?
– Вы забыли про ланч, мисс Дэрроу, – строго напомнила доктор. – После того, как вы передадите мистеру Саммерсу мои предписания, пригласите его на ланч.
Тогда мисс Дэрроу засияла, как превосходно вычищенная сковорода для варенья.
Маллоу подкрутил граммофон и перевернул пластинку. Играл рэгтайм. «Деревенский клуб». «Гладиолус». «Хризантема». «Подсолнух». «Действительно медленный рэг». «Маленькая девочка»…
С каждой новой мелодией М. Р. Маллоу и доктор Бэнкс все более мрачнели.
– Неужели бунт? – Дюк сложил руки на груди.
Доктор прокашлялась.
– Он, вполне возможно, не захочет теперь…
Но тут дверь распахнулась.
Дверь распахнулась. На пороге стоял Д. Э. Саммерс. Ни пламени из глаз. Ни дыма из носа. Револьвера в руке – и того не было. С влажными после мытья волосами, в свежей рубашке и чисто выбритый.
Некоторое время двое джентльменов молча смотрели друг на друга.
– Подвинься, – произнес Саммерс. – Мне нужен телефон.
Маллоу молча отодвинулся, давая компаньону пройти. Несколько мгновений Д.Э. медлил, затем снял трубку висевшего на стене аппарата.
– Алло! Алло! – он чертыхнулся – что-то случилось со связью. – Здравствуйте, мистер Планц.
После этого мистер Саммерс остался стоять, в задумчивости глядя на трубку в своей руке. Потом дунул себе под нос, как бы избавляясь от упавшей на нос пряди, и назвал номер снова. Он делал это до тех пор, пока, разу, кажется, на восьмом, его собеседник не выразил готовность к разговору, начав кричать. Пришлось Д.Э. слушать.
– Мистер Планц, – сказал он затем, – я вас обидел. Простите меня, если это возможно. Скажите, как вам такой вариант: «Ортопедическое заведение Планца принимает заказы на изготовление искусственных рук, ног, корсетов, аппаратов, бандажей и проч. Превосходное качество, рекордные сроки. Вы забудете о неудобствах, неудобства – о вас!» Да? Ну, вот и хорошо. Я рад. Еще раз прошу прощения за свою идиотскую выходку. Нет, что вы. Денег не нужно. Я хотел бы только надеяться, что вы сможете когда-нибудь опять… Да. Да. Ну, как бы ни было, я не должен был позволять себе… Мне очень стыдно, что так…
Пока он произносил все, что уважающие себя люди говорят в таких случаях, Маллоу сказал:
– Знаете, что там у него было, доктор? Картинка с одноногим пиратом и подпись: «За настоящую жизнь приходится платить частью себя. Протезная мастерская Планца.» Ну-с, у него еще десятка два таких вот бесед. Хотите еще кофе?
– Хочу, – отозвалась та. – И хочу, если вы не возражаете, дождаться их окончания.
– О, что вы. Я как раз собирался просить вас остаться, сколько это в ваших силах.
Потом Д.Э. позвонил в «Специальную мастерскую Стивенса по набивке чучел зверей и птиц». После мастерской – в «Резиновые изделия Симпсона».
– А что это вы задумались, сэр? – поинтересовался Маллоу, заметив, что компаньон, только что закончивший третий по счету неприятный разговор, остановился.
– Думаю, – отозвался Саммерс. – Думаю я о «Фабрике братьев Демулен».
– Этих пропусти, – сказал Маллоу. – Пусть продают сами свои «Электрические клетки, вмещающие взрослого человека».
– Что? – ужаснулась доктор. – Что это за вещи? Это законно?
– Это законно, – ответил ей Саммерс. – Всякая дрянь для шуток, карнавалов и прочие параферналии.
– А что делает «Электрическая клетка, вмещающая взрослого человека»?
– Как вы наверняка догадались – бьет током, – Д.Э. пожал плечами. – Человек помещается в ней только сидя, а если ему дать механическую канарейку или начать свистеть, в дне клетки срабатывает специальное устройство. Мило?
Доктор содрогнулась.
– У этих почти все напичкано электричеством, – продолжал коммерсант. – Вон, даже шлепающая машина.
При этих словах он криво усмехнулся.
– Но ведь… – доктор даже запнулась. – А это тоже для шуток? Или это для… (она пришла в ужас) для детей?
– Вы хотели сказать, для родителей, – с улыбкой заметил Маллоу. – Нет, это для тайных обществ. Ритуал посвящения в масоны.
– «Спусковое устройство автоматически освобождается, что вызывает пружинящий шлепок по мягкому месту, вызывая одновременно громкий взрыв холостого патрона тридцать второго калибра», – процитировал Саммерс.