— Да, — сказал Костя. — Перед тем, как упасть, я видел его. С ним был кто-то еще, но я не разглядел кто. А когда очнулся, то лежал на пороге нашей квартиры. Ума не приложу, кто меня туда принес. И честно говоря, до сих пор не привыкну, что тогда умерли не вы. Погодите, — выпрямился на кровати Костя. — Выходит, Маша и Андрей — родственники?
— Да, и это еще одна неприятная новость, которую я должна сегодня объявить. Мне так жаль их обоих. Как Маша расстроилась, когда Андрея забрали в участок. Ай-ай! Вот тогда я ей все и открыла. Уж, не знаю, что творилось у нее на душе — бедная девочка. В один день у нее отобрали и любимого человека и брата. А сегодня это ждет Андрюшу. Нет, я не смогу повторить это еще раз. Я и без того слишком много натворила.
— Хотите, я скажу за вас?
Клавдия Васильевна ласково поглядела на Костю.
— Спасибо вам, добрая душа, но я должна сделать это сама.
В дверь просунулась рыжая шевелюра Андрея.
— Доброе утро! Долго вы еще будете секретничать? Там уже все собрались.
— Сейчас и мы подойдем.
***
В гостиной за накрытым столом собралась вся компания — Руслан с отцом, двое их телохранителей, Андрей с Машей и Семен Анимподистович.
Появление Кости и Клавдии Васильевны вызвало всеобщее оживление.
— А вот и наш выпаданец, — приветствовал Костю Руслан. — По статистике сто процентов выпавших из окон долетают до земли, а ты вчера испортил эту статистику.
Костя кисло улыбнулся и тут заметил пристроенный на этажерке макет самолета. Одно его крыло было сломано, с хвоста свисал голубой халат.
— Что это?
— Я тебе рассказывал, это мой первый самолет, — гордо объявил Руслан. — Мы его с отцом запускали, когда я был маленьким.
— И когда стал здоровым бугаем, тоже, — добавил прокурор.
Костя перевел взгляд с Краснощекова-младшего на Краснощекова-старшего.
— И зачем он вам понадобился?
Руслан хитро подмигнул.
— Это благодаря ему под нашими окнами не стоит очередь из ритуальных услуг.
— Чего? — не понял Костя.
— А того. Мне сказал Андрей, который узнал от Маши, которой рассказал ты — вот такой испорченный телефон получился. Ну, а я передал это кое-кому еще, — его взгляд немного затуманился, но в следующую секунду Руслан взял себя в руки. — Короче, я понял, что на Новый год здесь готовится что-то выдающееся. Я рассказал отцу, и вот — мы здесь.
— И, слава богу, успели, — подтвердил прокурор.
— И при чем тут самолет? Вы что, на нем летели.
— Ну, ты, Склифосовский, даешь. Видать, здорово вчера шарахнулся. Это же, как говорят в наших органах, орудие спасения.
Костя нахмурил лоб, пытаясь понять смысл услышанного.
— Русыч, не грузи, — вмешался Андрей. — Костян вчера в такой переделке побывал — у него до сих пор в глазах фейерверки вспыхивают. Давай быстрее, а то кушать очень хочется.
— Погоди — еще наешься. Так я повторю вопрос — почему этим прекрасным январским утром у нашего дома нет ни одного машины с черной полосой на боку?
Костя этого не знал.
— Да, потому что их спас мой любимый «ЯК-8», — Руслан нежно погладил сломанное крыло самолета. — Только я узнал, что нашим старичкам скоро настанет хана, схватил его под мышку, и мы рванули сюда. Честно говоря, не очень приятно видеть, когда человек выпадает из окна, даже такой как ты, Склифосовский.
Костя изобразил подобие улыбки.
— Но ты точно в рубашке родился, — продолжил Руслан. — И хоть мы видели, как ты барахтаешься на штору, но, уж извини, сначала поднялись на крышу.
— Зачем?
— Отец придумал, как отвлечь всех этих подаркополучателей от их телевизоров. В новогоднюю ночь сделать это было сложно, но у нас получилось, — Руслан передернул плечами. — Не забуду этот холодный шпиль. Как я к нему не примерз? Короче, мы обвязали шпиль веревкой, к другому концу привязали самолет. На крыше нашли вот этот халат. Остальное было делом техники — запустили пропеллер и отпустили на волю. Время было подходящее — без пяти двенадцать. И хоть наш агент Ан несколько дискредитировал идею существования привидения, через две минуты весь народ стоял внизу или таращился из окон на нашего «призрака». Когда настал час Х, около телевизоров никого не было.
— Значит, пока я падал из окна, вы запускали самолетик? — с укором произнес Костя.
— Да, — не моргнув глазом, ответил Руслан. — Ты же сам говорил, что семеро одного не ждут. Тут был примерно такой же расклад — спасать тебя одного или остальных двадцать трех человек. Уж, извини, но мы выбрали второе.
Костя обиженно надул щеки.
— Но-но, Склифосовский, ты чего? Ведь все закончилось хорошо.
— Ладно, хватит разговоров, — взяла инициативу Маша. — Садитесь за стол, а то мы с прошлого года ничего не ели.
— Это точно, — потер руки прокурор. — Кто что будет пить?
— Григорий Степанович, здесь же дети, — одернула его Клавдия Васильевна.
Прокурор оглянулся.
— Вы так думаете? Ну, хорошо, нальют сами.
Завтрак переходящий в обед закончился ближе к вечеру. Все были веселы и радостны. С первыми сумерками в дверь позвонили.
— Хорошо новый год начинается, — проворчал Костя. — Опять кого-то принесло.
— Входите! — крикнул Руслан. — Все равно двери нет.
В квартиру вошел Арамис.
