Императрица манит пальцем, позволяя подняться к трону, несмотря на то, что это вызывает волны неодобрения у присутствующих. Не потому, что это опасно, так как правительница Восточного Горизонта — одна из самых могущественных псиоников в галактике и может крушить горы и крепости силой мысли. Дело в том, что возможность приблизиться к императрице — это привилегия, которой лишены многие эльфы, но одарен какой-то человек.
Впрочем, мастер Гибрат не является обычным человеком, иначе его здесь не было бы. Теперь он опускается на колени у ног эльфийки и не отрывает взора от ступеней.
— Мастер Гибрат, как продвигается работа? — спрашивает Миэна. — И что за инцидент случился на Восточном Горизонте?
— Инай Кул доложил о провале миссии, о великая, — голос человека кажется механическим из-за того, что говорит в герметичном доспехе, а наружу звук передают динамики. — Он прогнал силы Параллакса, но проиграл эльфу по имени Кошмар.
— Что он сделал?
— Мне доложили, что провел неизвестную операцию с огромным мета-кристаллом, но непонятно, что именно это было такое. Инай Кул не позволил ему создать сферу влияния мета-экзиста, но Кошмар все равно смог воплотить свой мета-символ через собственное тело. После этого прорвался на защищенный ментальный канал между Кулом и Коллегией Аэров, отправив туда демона.
— Какого еще демона? — хмурится императрица. — Это имеет что-то общее с ИИ-демонами матричных богов?
— Возможно. Мы потеряли шесть телепатов и три десятка охраны Коллегии.
— Разве это возможно? То место защищается очень хорошо.
— Да, но проникновение произошло через мета-экзист, а этой области мироздания совершенно плевать на правила знакомого нам мира. К сожалению, технологии защиты даже от мета-экзиста были утеряны вместе с гибелью Сакрамена.
— В чем суть его мета-символа? — продолжает спрашивать эльфийка.
— Созвучно с его именем, — кажется, что человек под маской улыбается. Во всяком случае псионическая эмпатия позволяет это почувствовать.
— Кошмар? Он может воплотить страшный сон?
— Именно, моя императрица. С помощью мета-экзиста он может создать вокруг себя область, где реальность превратится в страшное сновидение, которое будет иметь реальную силу. Это ярко засвидетельствовала охрана Коллегии Аэров, когда знакомая им реальность просто рассыпалась на глазах. Опасность такого мета-символа не стоит недооценивать, так как страшные сны внушают чувство бессилия. Видящий плохой сон испытывает тревогу и ужас, а всё вокруг него извращается сообразно страхам спящего. Однако мета-символ не позволит проснуться, чтобы прервать пытку.
— Это сильнее твоего мета-символа, некромант? — Миэна видит, как на голограмме корабли Параллакса опасно приблизились к крейсеру. Сейчас начнется настоящий бой.
— Трудно сказать, венценосная. Мета-символы обычно принимают форму абстрактных понятий, поэтому они столь сильны. Мой мета-символ — это смерть, как вам известно, но трудно сказать, что сильнее: кошмар или смерть. Это очень редкая разновидность образов мета-экзиста. Думаю, что Инай Кул не справится с задачей.
— Почему?
— Его первичный образ — это дракон. Он хорошо наловчился применять его с поддержкой Коллегии Аэров, но он не тренировал свой второй образ, который тоже не является мета-символом. Даже у вас, моя императрица, только один образ в облике предмета.
— Ты прав, у меня только один образ — копье. И большего мне нужно, так как мне хватает обычного дельта-гира, чтобы поставить кого угодно на колени, — Миэна делает изящный жест правой рукой, и над ней появляется смутный образ копья.
— Если позволите, то я мог бы сам заняться Кошмаром, чтобы забрать у него Транзит-Кор или привести к подножию вашего трона.
— Нет, тобой рисковать я не буду. Ты мне нужен для другой задачи. Именно для нее я приблизила тебя к себе. Ты помнишь?
— Да, великая, я помню. Я пообещал, что моя некромантия вернет к жизни всех погибших эльфов, и задуманное исполню, когда завершу все приготовления.
— Вот этим и занимайся. Сейчас нам важно не допустить силы Параллакса к Акалиру, а сам Транзит-Кор никуда от нас не денется.
— Но ведь мы боремся не только с Царством Параллакса, моя императрица, — осторожно напоминает склонившийся человек. — Вы ведь заметили в Городе Вечной Бури представителя вампиров. И не стоит забывать о Фантазме и представителях Альбедо Ланиакеи. Инай Кул сообщил, что Кошмар объединился с Великим Архимагом с острова Сайлен.
— Неважно. Когда закончим с Параллаксом, вернемся на Акалир и закончим дело. Он в любом случае не сможет покинуть планету. Ступай.
Однако человек остается на месте и спрашивает разрешения задать еще один вопрос.
— Что ты хочешь узнать? — глаза Миэны опускаются на собеседника.
— Насчет этого Кошмара. Кто он такой? Мне кажется, что вы что-то узнали про него.
— Тебя это не касается, — ровным тоном отвечает императрица эльфов.
— Позвольте мне отправить своего агента, чтобы он проследил за этим эльфом. Он может выследить кого угодно.
— Хорошо, но пусть лишь следит.
