Миэна резко разворачивается и смотрит на мастера Гибрата, который встает с колен и гордо смотрит сквозь шлем экзодоспеха. Немыслимая наглость для человека перед недосягаемой звездой Восточного Горизонта. И вывод у этого только один — очередное предательство.
Над плечами Некроманта поднимается темный огонь, а в руке эльфийки ментальная энергия вытягивается в новое копье. Она уверена, что даже мета-символ смерти не поможет Некроманту, но внезапно сильная тревога возникает в разуме. И всё из-за того, что тело просто замерло под действием чьей-то силы. От давления спирает дыхание, в мышцах возникает дрожь, пока Миэна пытается сбросить невидимые оковы.
«Мастер Гибрат не должен быть настолько сильным, чтобы быть мне ровней в грубой псионической силе», — императрица эльфов смотрит на спокойно стоящего противника, словно это не он сейчас с ней борется. В груди вскипает гнев из-за того, что ей постоянно что-то мешает.
«И почему я не могу ничего получить легко? Всегда приходится страдать, топить миры в крови и огне, чтобы добиться справедливости. Всегда нужно строить планы и руководить империей, чтобы она не развалилась. Без лидера всё разрушится как песочный замок у моря», — эльфийка закрывает глаза и обращается к своей истинной силе, которой оказывается достаточно для победы.
Небоскреб и весь Город Вечной Бури исчезают под куполом сильнейшего взрыва дельта-гира, который аннигилирует любую материю. Невидимые оковы разбиты, мастер Гибрат должен быть мертв, а ударная волна распространяется во все стороны по Великой Степи. Небо над головой моментально расчищается от туч, а потом наступает звенящая тишина, когда даже ветра стихли.
Миэна смотрит вокруг себя и видит, что стерла в порошок всё то, что оставалось в этом месте. Теперь левитирует над песчаной поверхностью, на которую вскоре приземляется. На плато из песка вокруг никого не видно, но вдруг над всей этой зоной поднимается псионический барьер. Он полупрозрачный черного цвета, так что внутри становится несколько темнее, так как солнечный свет теперь с трудом проникает внутрь.
Отправляемые во все стороны ментальные импульсы обнаруживают мастера Гибрата, который появляется из разрыва пространства, напоминающего черную дыру. Очевидно, что некто спас Некроманта от ярости императрицы Восточного Горизонта.
— Вам лучше сдаться, — мастер Гибрат отбросил привычный тон верного слуги. — Из этого барьера даже при помощи вашей силы вырваться будет трудно.
Однако Миэна молчит, так как не видит смысла вступать в переговоры с тем, кто предал её доверие. По её дивному доспеху струится сапфировый огонь, а в руке возникает копье того же цвета.
Многие из приближенных спрашивали, почему образ по типу «предмет» стал у императрицы именно таким. Она никому этого не рассказывала и нарушила правило лишь для собственной матери и старшей сестры. Дело в том, что именно копьем она забрала жизнь первого человека еще будучи подростком. Но воскрешенная семья выслушала рассказ о том случае с молчаливым спокойствием, как и всё остальное, что бы ни говорила Миэна.
— Упорствуете. Хорошо, — кивает в человек в экзодоспехе, словно уверен в том, что Миэна до него не дойдет.
Так и происходит, когда эльфийка вдруг замирает и теряет сознание. Это не совсем обычный обморок, так как тело продолжает стоять, заснула лишь рациональная часть мозга, а подсознание продолжает свою работу. Невидимые нити летают вокруг Миэны, а потом проникают сквозь псионическую защиту, броню и кожу. Загадочные импульсы создают странную мелодию в резко заснувшем разуме, в котором начинается масштабная перестройка.
— Вот и всё. Был рад служить вам, — мастер Гибрат низко кланяется, а потом снимает шлем и бросает на песок. Он не имел права показывать лицо в присутствии эльфов, но теперь в этом больше нет нужды. Поседевший высокий человек с морщинистым лицом улыбается, подняв голову к небу за барьером.
Разумеется, на уничтожение Города Вечной Бури не могли не обратить внимание, так что сразу две молнии ударяют в барьер, но пробить не могут. Мастер Гибрат смотрит на то, как Кошмар с новым помощником пытаются пробиться внутрь, но ничего у них не выйдет.
— Миэна больше никогда не сядет на престол Восточного Горизонта, так как империи эльфов больше не будет. Она больше не прольет кровь людей, так как людей во всех слоях галактики тоже больше не будет. Не будет гномов, халфлингов, тифлингов, драконов, орков, мутантов, големов и всех прочих форм разнообразной жизни, — вполголоса произносит Некромант, не обращаясь ни к кому конкретно. — Ну и вампиров тоже не будет. А если все и останутся, то уже не теми, кем были раньше.
Последняя фраза по неизвестной причине рассмешила человека, которому больше пяти тысяч лет, но служба великой силе дарует вечную молодость. И пускай он выглядит стареющим, просто таким он был в момент заключения союза на горящих обломках Юнион Дарка. После он стал повелителем Королевства Мертвых через мета-символ смерти. Он ему теперь подходит лучше всего.
