– Я там случайно оказался. Просто проезжал через город в карете. И скажу я вам, просто чудом остался жив. Мы и до гостиницы доехать не успели. Кто-то пустил слух, будто в нашей карете едет торговец зерном, вот бунтовщики нас и остановили. К счастью, никакого торговца с нами не было. Но нам все равно досталось. Нас бесцеремонно выволокли из кареты, а потом – бах! – завалили ее набок. Стекла, дверцы – все вдребезги. Лошади перепугались, принялись брыкаться. Потом эти негодяи взялись за молотки и расколотили колеса в щепы. Никто и глазом моргнуть не успел. Я, слава богу, скромно одеваюсь, так что меня с зерноторговцем никак не спутаешь. А вот купцу из Хелстона изрядно досталось, прежде чем мятежники поняли, что ошиблись. Ну хоть отпустили – и то ладно.
– А городу в результате был нанесен ущерб?
– Да, но небольшой. Как водится, не обошлось без мародерства. А тех, кто пытался их остановить, били палками. И даже когда солдаты вошли в Бодмин, бунтовщики все равно не унимались. Их прямо с боем из города выбили.
– Зачинщиков точно на виселицу отправят, – заявил Блайт. – И поделом им, другим неповадно будет.
– С полсотни арестовали, – сказал Войт. – Тюрьма забита под завязку.
Росс во второй раз за вечер встретился взглядом с Заки. Они оба подумали о Джиме Картере, который вот-вот должен был освободиться. Тюрьма и до беспорядков была переполнена.
После этого Росс больше ни разу не взглянул на Мартина. И по окончании обеда, дабы не привлекать внимания, он также ни словом не перекинулся ни с Ричардом Тонкином, ни с Блюиттом, ни с Океттом.
После обеда Росс решил зайти повидать Харриса Паско.
Банкир встал, чтобы поприветствовать гостя, и робко поинтересовался, как прошел день.
– В следующем месяце «Карнморской медной компании» придут счета на сумму около четырех тысяч восьмисот фунтов.
Паско поджал губы:
– Вы приобрели больше сырья, чем предполагали?
– Мы скупили все, что можно было скупить по низкой цене. Стоит конкурентам узнать о наших планах, они сразу постараются перебить цену. Но с таким запасом мы несколько месяцев можем чувствовать себя в безопасности.
– У кого-нибудь возникли подозрения?
Росс описал ситуацию на торгах. Паско слушал и нервно теребил пожелтевший от нюхательного табака батистовый шейный платок. В затее с новой медеплавильной компанией он выступал в роли банкира, но при этом меньше всего хотел портить с кем-то отношения. По натуре своей Паско был человеком миролюбивым и в денежных вопросах придерживался определенных принципов, а если поражение терпела сторона беспринципная, его это мало волновало. Его подход к финансам можно было назвать академическим: главное – соблюсти баланс. То есть, с одной стороны, он одобрял затею Росса, но в то же время слегка переживал, что все это может нарушить его душевное равновесие.
– Что ж, – немного помолчав, сказал банкир, – вот вам и первая реакция агентов и прочей мелкой рыбешки. Сдается мне, что те, кто за ними стоит, выразят свое недовольство в более мягкой форме. Следующие торги будут проверкой на прочность. Не думаю, что они станут протестовать в открытую.
– Для нас главное – держать их в неведении, – ответил Росс. – Но кое-какая информация просочится довольно быстро. Заки Мартин живет на моей земле, а медеплавильный завод возводится на земле Тревонанса.
– Даже удивительно, что строительство завода удавалось так долго сохранять в тайне.
– Все оборудование доставили напрямую и сразу разместили на пустующих складах для сардин. Сэр Джон распространил слух, будто это новое оборудование для его шахты.
Паско придвинул к себе лист бумаги и нацарапал скрипучим пером пару строчек. Это был первый бланк «Карнморской медной компании». Банкир начал очень методично его заполнять.
Первым делом внес имена акционеров:
Впечатляющий список. Действительно впечатляющий. Капитал компании составлял двадцать тысяч фунтов, из которых двенадцать имелись наличными, а остальные вносились по требованию. Кроме того, они вошли в дело как поставщики всего необходимого для шахт оборудования, и это, помимо основной деятельности, давало стабильный доход.
Паско понимал, что найдутся те, кто многое отдал бы за то, чтобы взглянуть на этот документ, поэтому лучше спрятать его подальше. Он встал и подошел к сейфу в углу комнаты.
– Останетесь на чай, капитан Полдарк? Жена и дочь будут очень рады.
Росс поблагодарил банкира за приглашение, но отказался.
– Прошу прощения, но в такие дни, как сегодня, мне просто не терпится добраться до дома. Я и так всю зиму провел в разъездах. Жена жалуется, что совсем меня не видит.
Паско улыбнулся и закрыл сейф на ключ.
