Константин решил, что надо уходить. Он стоял ближе к заднему ряду, сзади стояло еще ряда три строителей. Позади стоящих строителей находился забор, противоположный тому, у которого стояла стопка из четырех бетонных плит. Через забор, находящийся сзади, имелось два выхода с площадки. Один находился справа, если стоять спиной к этому забору и лицом к стопке бетонных плит. Небольшой проем в конце забора, метра два шириной. Он вел с территории на пустырь. После него забор сворачивал на девяносто градусов вправо - вправо, если смотреть, обернувшись спиной к стопке бетонных плит и лицом к проему. Другой выход находился слева - слева, если смотреть спиной к этому забору и лицом к стопке из четырех бетонных плит. Это был въезд, через который мог проехать грузовик. Въезд, с двух сторон окруженный жестяными заборами. Он вел к территории, на которой живут строители. Территория, наверное, охраняется. Если пройти через проход справа, ведущий в пустырь, то могут погнаться и поймать. А если через въезд, ведущий слева, а потом через территорию, где живут строители - вероятно, что удастся избежать погони. На это место могут и не смотреть. Кроме того, если Водоворотов, Кусачий и старшие соратники побегут за ним через проезд - им сначала придется обогнуть толпу людей, думающих о жребии, которым может закончиться их жизнь. Они, вероятно, и не расступятся. Преследователям придется огибать толпу, что их замедлит. А дальше, на территории, тоже есть охрана. Это такие же строители. Скорее всего, из той группы опытных боевиков, где часто пили водку. И действительно - в толпе Константин не заметил некоторых из этих людей. От них можно убежать - они, наверное, считают Константина своим после того, как он несколькими высказываниями подал знак, что удерживает его здесь именно стремление противодействовать кировобадским властям, а не проповеди учения Центра откровений Василия Коршуна. После прибытия Константин не пил водку с этими боевиками. Но все равно его, скорее всего, считают похожим на них. И не побегут за ним. А побегут - водка, наверное, сделала свое дело, и не догонят. А догонят - можно начать драться. Или, если начнут догонять, использовать физическую магию, бросить в преследователя шаровую молнию. Но до этого лучше не доводить - Константин еще не использовал магию в бою и не был уверен, получится ли у него.
Если удастся убежать с территории - дальше вокруг много небольших дворов, парки, заводы - много мест, хорошо подходящих для того, чтобы укрыться от преследователей.
А Водоворотов ведь устроил жертвоприношения, чтобы сменить политику, сделав похожей на ту, которая у гуманистов, - и не встретить сопротивления. Он решил просто запугать соратников.
Надо отойти назад. Вопрос - не пожалуются ли на это начальству и не потребуют ли продвинуться вперед? Неизвестно. Но надо действовать. Иначе можно попасть под жребий.
- Я уже приготовил конверты. Они все заклеены, - говорил Водоворотов, а Константин в это время отходил назад. Стоящие вокруг строители очень внимательно слушали лидера. Они, скорее всего, были согласны подвергнуться жребию и не собирались бежать. - Вот тут сто заклеенных конвертов. Если не выберем кого-то, заклеенный конверт окажется в числе неразобранных - снова заклеим.
Константин оглянулся. Проезд был открыт - никого там не было.
Константин развернулся. Посмотрел налево - в левом проходе не стояло охранников. Никто не наблюдает. Константин тихими шагами преодолел пять метров, отделяющий задний ряд толпы строителей от проезда. И побежал. Вперед! Бежал очень быстро. Вот он - дом, в котором он жил последние три дня! К нему! Теперь дальше!