Воин из второго потока с королём бросились вперёд на врага, дабы доказать своей богине, на что они способны. Наориак был слишком большим и неповоротливым, несмотря на свою быстроту, он не успевал за юркими нагами, что крутились вокруг него, но не могли пробить естественную броню. Элемент внезапности пропал, и противнику стало сложнее с гостями.
— Верена, почему ты стоишь? — спросила Азами, подбегая к ней.
— Я наблюдаю, — сухо ответила вампирша.
— Ты не поможешь своим созданиям? — возмущённо спросила аватара.
— А ты не поможешь?
— Я не могу, ты же знаешь.
— Ты уже нарушила всё, что могла. Скажи мне, аватара, перед кем вы отчитываетесь за нарушения?
— Не перед кем… — замялась Азами. — Перед сёстрами, но…
— Вы ни разу не нарушали свои же правила? — спросила у неё вампирша. — Никогда не поздно стать первой и посмотреть, что будет дальше. Подключайся, как заскучаешь.
Наориак неистово махал руками и хвостом, но теперь, когда изворотливые гады его видели, они трусливо уворачивались вместо того, чтобы принять удар и стать сильнее. Также мешала кровососущая тварь, что осыпала его своим арсеналом заклятий. Вреда они не приносили, но раздражали всё больше. Что ж, тем веселее, когда она поймёт, что бесполезна.
Лезвие алебарды воина из второго потока врезалось в обожжённую ладонь противника и пробило её насквозь. Наориак завизжал от боли и дёрнул руку вперёд, чтоб схватить обидчика. Раненная лапа сомкнулась у него на голове и раздавила. Схватив обезглавленное тело, он использовал его подобно хлысту и пришиб короля наг. Левиафан, потеряв сознание, упал в воду. Наориак решил, что разберётся с ним позже, и повернулся к Тоске.
— Твоя магия бессильна теперь, теперь–теперь она мне не навредит, теперь я тебя убью и пожру твою эссенцию. Я стану сильнее, Наориак станет сильнее! — прокричало оно и вырвало из руки оружие наги, метнув то в сторону противницы.
— Значит, есть уязвимые места, — с хищной улыбкой произнесла Верена Рихтер, уворачиваясь от летящего в неё оружия. — Ну что ж, время действовать.
Наориак бросился на вампиршу, но схватил лишь пустую мантию.
— Я здесь, бесхребетное, — произнесла она, появившись из марева мерцания лишь на краткий миг, и вновь исчезла.
Азами стояла в стороне и терзалась в растерянности. С одной стороны, аватара хотела помочь Тоске, поскольку она могла быть ещё полезной, с другой стороны, единственное, что она ещё не нарушила, так это прямое вмешательство, тем более в конфликт. Также и последние слова Рихтер заставляли задуматься. Обитательница бескрайних звёзд так и стояла, дрожа от холода, как заворожённая смотрела на битву. Она даже не смогла вспомнить, сколько просидела в холодной пустоте космоса в одиночестве. Аватара не спускалась на поверхность планеты несколько десятков тысячелетий, ни с кем не общалась почти столько же, а пыл битвы Азами не испытывала миллионы… миллиарды лет? Она осознала, что стала слабее за эту бесконечность апатичного наблюдения. Даже сейчас, наблюдая за ходом битвы, ей было тяжело сосредоточиться и понять что-либо, её реакция притупилась. Демиург скривилась и коснулась обожжённой кровью наги руки, восстанавливая её, как давно она не получала ранений, не чувствовала такой ноющей боли.
Вампирша поняла, что магия не пробьёт панцирь противника, но волей случая или же умением один её боец показал Тоске уязвимое место зверя. Она мерцала вокруг него, изводя и раздражая ещё больше, и подготавливалась захлопнуть ловушку. Азами видела, как Тоска плетёт магическую паутину с каждым своим мерцанием. Если на противника не действует магия, то это не значит, что нельзя использовать её на сторонних предметах.
— Гениально, — вырвалось у Азами, когда она поняла весь план Верены.
После очередного мерцания вампирша дёрнула за нить, чтобы захлопнуть свою ловушку. Столы, трупы, камни, всё, кроме взрывоопасных баков, притянулись к Наориаку, образовав ком мусора. Магическая паутина наложилась на ком и сдавила его сильнее. Ещё одно мерцание, и Верена Рихтер вонзила пальцы в глубокую рану на руке противника. Существо дёрнулось и застыло, скованное параличом.
— Разум торжествует над плотью, одноклеточное, — спокойно произнесла Книжница.
Ком, сдерживаемый магической паутиной, развалился, и Тоска могла видеть глаза противника, неистово мечущиеся от бессилия.
— Я, видимо, убивала тебя уже, но я этого не помню, — бесцветным голосом произнесла Наориаку Верена. — Хорошо, что судьба дала нам второй шанс, но сомневаюсь, что запомню столь слабого противника.
— Не запомнишь, — прошипел сдавленно пленённый. — Ибо сейчас ты умрёшь.
Хвост у существа отвалился, как у ящерицы при бегстве, и из его обрубка вылетел шип, что пробил грудь вампирше. От силы удара она дёрнулась, и контактный паралич прервался.
— Плоть сильнее!!! — взвизгнул Наориак, занося руку для удара.
Азами инстинктивно сплела заклинание и накинула удавку на руку, что неслась к незащищённой плоти Верены. Существо завизжало от жгучей боли, что причиняла ему удавка аватары.
— Вкуснятина! — прорычал Наориак и, схватив магическое лассо Азами свободной рукой, дёрнул на себя.
